Мудрость толпы

На ее вкус, массы и без того были слишком политизированы.

– А кто уполномочен? – рявкнула она. Этот вопрос в новом Союзе задавали то и дело.

Ей пришлось напрячься, чтобы расслышать ответ:

– Управляющий…

– И где же он?

Пауза.

– Его здесь нет.

У Вик лопнуло терпение. В последнее время она вообще была гораздо менее терпеливой, чем прежде.

– Тащите сюда пушку! – гаркнула она.

Среди наблюдающих пронесся возбужденный шепоток, когда практики собрались вокруг повозки. Теперь их называли констеблями, но на их лицах до сих пор была видна граница загара там, где прежде были маски.

Вик уперла руки в бедра и принялась нетерпеливо постукивать пальцем, глядя, как они с натугой подталкивают колеса, брызжа слюной сквозь стиснутые зубы. Когда она не кричала, то нетерпеливо постукивала пальцем. Пушка еле ползла по неровному булыжнику.

Огарок наблюдал за происходящим, дуя в сложенные лодочкой ладони со своим обычным виновато-покорным видом.

– Так что, мы больше не инквизиция?

Вик была чертовски рада, что он остался жив, но ничем этого не показывала.

Вместо этого она буркнула, как всегда, нетерпеливо:

– Комиссар Пайк решил, что это название может вызвать нежелательные ассоциации.

– В смысле, с шестью веками пыток, ссылок и повешений?

– Вот именно. Однако кто-то по-прежнему должен держать народ в узде. – Один из констеблей поскользнулся и упал, и повозка тут же откатилась назад. – Даже если эту узду приходится связывать из обрывков.

– Конечно, кто лучше справится с работой, чем те, кто уже выполнял ее прежде?

– Нас можно обвинить в чем угодно, только не в недостатке соответствующего опыта.

– То есть… это те же люди, делающие то же самое, только под другим именем?

– Возможно, ты ухватил суть Великой Перемены лучше, чем председатель Ризинау в десятке сотен речей. Добро пожаловать в обновленный Союз с его Народным инспекторатом, базирующимся в Доме Истины – это в Агрионте, такое большое здание с маленькими окошками, если ты не понял.

– Так что, там больше не задают вопросов?

– О, задают, и еще как.

– Но… вежливо?

– Очень сомневаюсь.

– Может быть, теперь для них стало важнее выяснить истину?

– Время покажет. – Хотя насчет этого у Вик тоже были большие сомнения.

– Я слышал, что Народная Армия выпустила всех заключенных.

– Кое-кого из которых мне стоило большого труда туда засадить. Большинство даже не были ломателями – воры, контрабандисты, множество убийц и один идиот, который любил устраивать пожары.