Мудрость толпы

Вик очень хотелось ответить «да», но она подавила и это желание. Хоть кто-то должен был это сделать.

– Попробуем сперва поговорить.

– У меня такое чувство, что словами тут ничего не решишь.

– Зато и никого не искалечишь, – пробормотала Вик и взревела во всю глотку, брызжа слюной: – Ни шагу дальше!

Они нерешительно столпились в дальнем конце моста, хмуро разглядывая ее через разделявшее их пространство. Первые капли холодного дождя намочили камни мостовой. Люди подобрались самые разные: сгорбленный босой старик, тощий мальчишка с впалыми, пятнистыми от холода щеками, беременная девушка с мокрым новостным листком на голове взамен шляпки.

– Я главный инспектор Тойфель! – выкрикнула Вик. – Меня прислал комиссар Пайк. Сам Ткач, слышите вы?

Люди глухо забормотали, но их угрюмые гримасы никуда не делись. Вик стиснула зубы и глубоко набрала в грудь воздуха.

– Послушайте, я все понимаю! Вы разочарованы. Вы недовольны. Скажем прямо: вы злы как черти! Поверьте мне, я тоже.

Сквозь толпу протолкалась какая-то женщина. Большие красные кулаки сжимают деревянный валек. Значит, прачка. Прачки – суровый народ. Вик подумала, что если бы целыми днями полоскалась в горячей мыльной воде, то тоже была бы разъярена.

– Нам не нужны разговоры! – завопила она. – Нам нужен хлеб!

Толпа ответила ей одобрительным ворчанием, какой-то старик затряс самодельным плакатом, а маленькая девочка, сидевшая на чьих-то плечах, проверещала: «Долой Закрытый совет!», что было несколько мимо кассы, поскольку всех членов совета, которых удалось поймать, уже несколько недель как повесили.

Вик подняла ладонь и подождала, пока шум утихомирится. Потом она посмотрела той прачке прямо в глаза, подыскивая нужные слова. Такие, какие выбрал бы Малмер. Какие выбрал бы Сибальт.

– Я вас понимаю, – сказала она, и это было правдой, чего бы она ни стоила. – Вам обещали лучший мир, а вы до сих пор так ничего и не получили, кроме прежнего знакомого дерьма. Обещаниями брюхо не набьешь.

По крайней мере, ей надоело лгать самой. До смерти надоело.

– Но сейчас перед нами открывается возможность! Возможность построить что-то лучшее.

Забавно, что именно ей, которая никогда не позволяла себе надеяться ни на что, выпало на долю попытаться разжечь искорку надежды в сердцах этих ублюдков; однако она вложила в свою речь все, что могла.