Море Осколков. Трилогия: Полкороля. Полмира. Полвойны

Новые ступеньки, новые тени, новые постыдные воспоминания. Стена из грубого камня, на вид куда древнее той, что внизу, но на деле на тысячи лет моложе. Солнечный свет играл, проникая через решетки под потолком.

– Скольких бойцов наняла королева?

– Тридцадь трех, – бросил через плечо инглинг. – Пока что.

– Людей опытных?

– Людей. – Инглинг пожал плечами. – А убивать им или умирать – это как повезет.

– О скольких то же самое сказал бы Одем? – спросил Ничто.

– О многих, – ответил инглинг.

– Здесь не меньше их четверти.

Сегодня боевую площадку расчертили во дворе цитадели. Один из углов отмечал старый кедр. Воины упражнялись со щитами, строились клиньями и заслонами и по команде рассыпались поодиночке. Сталь поблескивала под жиденьким солнцем, грохотала о дерево. Отовсюду шорох переступающих ног. Приказы мастера Хуннана хрустели на морозце: сомкнуть щиты, держаться соплечника, низкий выпад, – вот так же он гавкал и на Ярви, с поразительно малым успехом.

– Великое множество мужей, – проговорил Ничто, вечно склонный к преуменьшениям.

– Хорошо обученных и закаленных в боях, на их собственном ратном поле, – добавил Ральф.

– На моем поле, – процедил сквозь зубы Ярви. Он повел друзей дальше, узнавая каждую ступеньку и каждый камушек. – Гляди. – Он привлек к себе Ральфа и придвинул его к новой решетке – сквозь нее просматривался вход в крепость. Клепаные дубовые двери настежь раскрыты, по бокам стоит стража, но сверху, в тени свода, мерцала полоска начищенной меди.

– Воющие Врата, – прошептал он.

– Отчего их так нарекли? – поинтересовался Ральф. – Оттого, что мы завоем, когда дело пойдет не так?

– Плюнь ты на имя. Они рушатся с высоты и перекрывают вход в цитадель. Механизм собирали шестеро служителей. На весу их держит один серебряный костыль. Они всегда под охраной, но в надвратный каземат ведет потайная лестница. Когда наступит наш день, мы с Ничто берем дюжину воинов и захватываем его.

– Узорчики из них выйдут красивее некуда.

– В нужное время мы мигом вытащим штырь. Ворота рухнут, и Одем замурован в ловушке. – Перед Ярви встала картина ужаса на лице дяди после падения врат, и ему не в первый раз очень захотелось, чтобы на деле все прошло так же гладко, как на словах.

– Одем в западне… – во тьме сверкнули глаза Ничто. – Вместе с нами.