В аду места не было

Он был грамотный, занимался торговлей – об этом расскажу чуть позже.

Но пока остановимся ненадолго в нашей деревне, в моей колыбели.

В деревне опять горе. Пришли, коня забирают, поджигают дом Тороса, говорят: «Ты прячешь ружьё». Вот и военная полиция уже на нашем дворе. Мой дед пытается смягчить ситуацию, найти язык:

– Неужели армянин не может иметь коня, господин полицейский?

– Ты только теперь понял, дьякон? Если гяур[8 - Неверный] сядет на коня, разве после этого станет он склонять голову перед османцем? Есть Аллах… Есть порядок, – смеётся он – Наш Гуран требует раба, и ваш Бог должен поработиться.

Иначе зачем мы вошли в вашу страну, и зачем распростёрли свое влияние?

– Сам скажи, дьякон, ведь ум армянина с краю, верно[9 - Пословица звучит примерно так: «Чтоб я так думал, как думает армянин в последний момент» (арм.).]? А края нет, нет…

Мой дед сказал мне: «Кофе поднесёшь ему и поприветствуешь». «Приветствую, – говорю – я сирота, умоляю, оставьте лошадь мне», – повторяю слова моего Тацу.

Мой Тацу в роли переводчика. Сжалился, оставил.

Тем временем лошадь измазали навозом, чтобы она выглядела похуже, худее – лишь бы не досталась турку на обед. Выглядела так же убого, как выглядит армянин. Армянин не имеет права ездить верхом, держать лошадей. Убог армянин, убога Армения… Потом мой дед продал коня.

Теперь о моей матери. Мать моя была дочерью сына священника из Гарнпетак (что значит «горный улей»). Мой дед уделял много внимания вопросу женитьбы, с помощью своей старшей дочери, жившей с мужем в Гарнпетаке, он нашел для отца мою мать в невесты.

Они жили бедно. Я их запомнил, когда мы с дедом поехали навещать их с матерью перед отъездом. По дороге Гарнепетак мы зашли деревню Булк. Там было много-много мельниц. Там дед мне показал какую-то жидкость и сказал:

– Это масло из камня (это была нефть), если поджечь, оно будет гореть. Здесь есть и газ.

Мы остались там на два дня. Потом поехали чуть дальше, в деревню Мандз. Это была родная деревня бабушки Змо.

Помню, у её брата было шесть пальцев (два больших).

Пришёл день отправляться к матери, мы пустились в путь на моём коне. Пошли с правой стороны родника Цорак, вышли на дорогу, обращённую к деревне, дошли до крепостного холма Дум-дум, откуда почти под острым углом склонялось к горе высокогорное ущелье. Путник там сразу оказывается укрыт, приходящий же сразу виден со всех сторон, особенно напротив нашего района. Можно было помахать рукой, позвать, что-то сказать.