Млечные истории – I

На ногах кроссовки, что интересно, одной очень известной и старейшей фирмы; новенькие, будто только что из коробки; белеют, аж глаза режет.

Старичок худощав и немного сутулый. На голове короткие седые волосы с пролысиной на макушке.

Но самое главное – он невысокого роста! Единственная во всей неразберихе нормальность, что могла бы порадовать.

Старичок шёл ко мне. Я тоже двинулся к нему, со словами:

– Здравствуйте. Не знаете, случайно, что за чертовщина кругом делается? – и почти тут же оторопел от изумления.

Так и есть! Та тревога и та телесная приятность, они тем сильнее, чем я к нему ближе. Отскочил назад и оба эти ощущения поубавились. Но он-то продолжает ко мне идти.

– Знаю. И вовсе не случайно знаю, – ответил старичок на ходу.

Ещё одна маленькая нормальность могла бы опять же порадовать – разговаривает на одном со мной языке.

– В каком смысле? – переспросил я, при этом перестал куда-либо дёргаться и остался стоять на одном месте.

– Это по моей инициативе. Мало того, я тут не мимо прохожу, а целенаправленно иду к тебе.

Мне только и оставалось, что остолбенеть.

– Хотите сказать, что вот это всё… вы устроили?

– Я, – признался старичок. Подошёл ко мне и остановился, глядя мне в глаза.

Тревога переросла в страх. Та специфичная приятность вообще стала блаженством по всему телу. Она была везде: и в груди, и в руках, и в пальцах ног, и в ушах, и кажется даже в ногтях и в волосах. Ранее ничего подобного не испытывал.

Страх, блаженство и растерянность – попробуйте-ка эти три ощущения слить воедино.

– Позвольте. Вы где-то тут, меж камней прятались, ожидая меня? – следующее, что взбрело мне в голову.

– Поверь, откуда я появился не столь существенно. К тому же здесь проход есть в скалах на ту сторону. Скажи-ка лучше: хочешь ли знать оценку своей жизни на настоящее время?

– Хотелось бы, раз уж на то пошло, – ответил я в смятении.

– На золотую медаль не тянешь, а серебряную дам.

– Это когда же я прокололся? На снижение оценки.

– В молодости, дружище, в молодости, – старичок провёл ладонью по лысине, будто нужно было там пыль смахнуть.

– А… Вопрос у меня, может быть некорректный. Я правильно понимаю – с кем разговариваю?

– Правильно, почти. И скоро узнаешь почему.

– А не снится ли мне всё это?

– Тогда попробуй проснуться. Обычно человек сразу просыпается, если догадается, что он во сне.

Последовав совету, я попытался проделать некое мозговое упражнение.