Млечные истории – I

И, видимо, звёзды на небе сошлись как-то по-особенному в дни, когда мастер корпел над изготовлением этого меча, или силы какие неведомые в той кузне скопились, словом, меч получился на славу. Не манерный, как у высоких чинов, а самый что ни на есть боевой. Мастер, когда отдавал своё произведение заказчикам, признался, что это лучший меч за всю его жизнь. И тут же дал мечу имя – Клык Дракона. Через четверть года мастер отошёл в мир иной, унеся с собой кое-какие секреты, а Клык Дракона стал штучным экземпляром, без возможности повторить.

Так вот, один только раз Шрамган видел в глазах своего противника уверенность. В день, когда перед ним стоял Чёрный Череп с Клыком Дракона в руке. Одинаковый ростом и шириной плеч, такой же длиннорукий. Число боёв, а соответственно и побед, у Че-Че было меньше, но этот недостаток вполне компенсировался наличием у него более совершенного меча. Клык Дракона немного длиннее (насколько позволяли правила поединка) и намного прочнее того меча, с которым вышел на бой Шрамган.

Толкотня из желающих увидеть бой началась у стадиона ещё с полудня. В итоге огромное, самое вместительное сооружение современного мира к началу действа было забито до отказа. Приёмщики ставок потирали руки. Все предварительные выступления, служившие для разогрева публики, были освистаны.

Кстати, не лишним будет ещё добавить, что перед главным боем столетия – как окрестили эту схватку ещё задолго до намеченного дня – в разных частях Вис-Цеи случались стычки между поклонниками Шрама и Че-Че.

Схватка длилась долго, зрители неистовствовали, гладиаторы несколько раз расходились отдышаться и облить себя водой. Но поражения великого Шрама, уповавшие на это, в тот день так и не дождались. Развязка боя произошла внезапно. Трибуны ахнуть не успели. В пару мгновений Шрамган оказался с раскроенным лицом, а Че-Че с распоротым животом и надрубленной шеей.

Столько времени бились, бились… и вдруг – раз-два.

Злополучный удар Шрамгану был нанесён снизу, так, что шлем слетел с головы. Осознав, что враг тоже потерял боеспособность, раненый чемпион отошёл на безопасное расстояние, сделав около десяти шагов назад. Там понял, что оба глаза целы, а всё, что ниже, вместе с подбородком, просто не чувствовал. Сорвал с предплечья тряпичную косынку и подвязал ею подбородок.