Мой чужой лорд

Слава Кхату, завтрак конечен. Правда, Вэлькор настойчиво требовал, чтобы я и доела и допила все, что мне положили. Не могу сказать, что его пристальный раздраженный взгляд добавлял мне аппетита. Хотя… Хотя ладно, мне удалось провести спокойные три четверти часа рядом с мужем, и это была приятная неожиданность. Я не думала, что он сможет, правда. Стоит насладиться всяким таким спокойным мигом. Вряд ли он сможет держаться таким хоть сколько-нибудь долго.

– Ну и где твой отец обычно размещает Дэлрея? – прохладно поинтересовался Вэлькор, когда я как раз выбирала момент, чтобы от него незаметно улизнуть.

– Я дойду сама. – Тщетно. На лице Вэлькора расцвела ледяная улыбка.

– Где? – тихо произнес он, прихватывая меня под локоть. И в этом тихом тоне мне были обещаны все опасности мира, если я только вздумаю затеять спор. Ладно. Придется потерпеть его компанию. Вот только если он думал, что я после такой “учтивости” с ним еще и болтать буду – его ждало разочарование. Настроение наметившейся близости сгинуло совершенно бесследно, я подобрала все эмоции за границу, насколько могла, и шла, стараясь не обращать внимания на горячие пальцы Вэлькора, сжимавшие мой локоть.

Очнись, Фэй, это Вэлькор. Тот, который этим утром поставил тебя на колени, а прошлой ночью сделал из тебя куклу для постельных утех. Такую страстную, послушную, развратно стонущую куклу.

Но вот сейчас… Почему-то было приятно.

Мы умудрились натолкнуться неподалеку от покоев Эвора еще и на моего отца. Кажется, он тоже наносил визит моему бывшему жениху.

– Все в порядке? – мягко поинтересовался мой отец у меня. Видимо, и он был обеспокоен тем, что Лэрви ляпнула во время завтрака. Ну он-то знал…

– Да, отче, – спокойно откликнулась я. – Великодушие моего супруга не знает границ.

Вэлькор насмешливо хмыкнул – он уловил мой сарказм, хотя отчасти я и была честна. Я действительно нашла уступку Вэлькора великодушной. В конце концов, я дружила с его врагом. И Вэлькор действительно имел право мне препятствовать в этой встрече. В конце концов – он мой муж. Я была обязана брать его мнение в расчет. И уступать – как того требовали традиции. Женщина должна была уступать мужу.

Ему было виднее.