Частичка тебя. Мое счастье

У него потому и были проблемы с учебой, что у Димы в мозгу вечно было слишком много идей, далеких от образования. Точнее – от двух его образований. Как этот многорукий многоног умудрился одновременно получить две вышки сразу, да еще и в неслабых вузах – для меня было загадкой. Мне и одного за глаза хватило…

Так вот о деньгах…

В них Берг постоянно нуждался. Нет, не для того чтобы пустить их на ветер, но почти. Провернуть дельце тут. Там. Сям. И многие наши общие знакомые знали, что Дима может ни с того ни с сего завалиться и попросить тысяч этак пятьдесят, на неделю.

Впрочем, чего у него было не отнять – так это обязательности. Долги он возвращал. И тут же начинал крутить новую идею, для которой тоже было надо…

– А вот и не угадала, Гелик, – абсолютно без обиды фыркает Берг с той стороны трубки, – да и не потянешь ты сейчас мои обороты. Вряд ли у тебя найдется пара миллионов в кредит на пару лет.

– Только не говори мне, что как только ты от меня ушел, ты сделал свой первый миллион, и я теперь должна обгрызать локти, что тебя упустила.

– Ну… – Дима так красноречиво молчит, что все становится понятно. И я… Не удивлена на самом деле. Почему-то его странный образ жизни, неукротимая энергия и шило в одном месте не оставляли сомнений. Все что с ним происходит – и правда всего лишь промежуточный этап на пути к успеху. И так и вышло.

– И чем занимаешься? По какому профилю? Управление? Программирование?

– Не поверишь, и то, и то, – Берг сознается с абсолютным удовлетворением, и оно тоже понятно – ни один диплом не пропал впустую, – у меня фирма по разработке мобильных приложений.

И знаешь ли, хорошо плывем.

– Рада за тебя, – я чуть улыбаюсь, абсолютно честно. И странно говорить с бывшим женихом вот так, просто, спокойно, но… Это все Фрай. Это все свет Куртейна, и уютные современные сказки про литовскую столицу, которые я от больничной скуки начала перечитывать. Переслушивать, если быть уж совсем точной. Благо в отдельной палате для этого даже наушники не требовались.

Короче, во всем виноват Фрай.

И в том, что я могу улыбаться по утрам, и в том, что я чувствую вкус еды – не всегда вкусной, но все-таки чувствую, и в том, что я могу разговаривать с людьми и не истекать кровью.

– Слушай, Гелик, – тон Димы становится чуть более деловитым, – а скажи-ка мне, где тебя можно найти? А то мать моя откопала тут где-то в недрах своих шкафов твой синий шарф и требует отдать его тебе как только так сразу. А моя мать…. Ну, ты её помнишь.

– Помню.