Остров-ловушка

Лёгкая волна подхватила лодку и стала мягко её покачивать.

– Буээ-э-э! – протянула Пуазон. – Похоже, меня тошнит.

Тарантул ненавидела море, и даже при легчайшем ветре у неё начиналась морская болезнь. Однако любопытство и стремление разгадать загадки Пятого острова были сильнее, чем страх перед водой. Вот почему за завтраком она уговорила Ноэля и Катокве взять её с собой. Но теперь Ноэль понял, что это была не лучшая идея.

– Прекрати болтать! – шикнул он. – Если хочешь вернуться на берег…

На пристани послышались шаги.

Ноэль замолчал, а Пуазон юркнула обратно в карман его брюк. Кто там идёт? Катокве? Лодка закачалась, в неё кто-то залез. Ноэлю хотелось отодвинуть брезент и посмотреть, но нужно было оставаться незамеченным.

– Ноэль? – Голос Катокве в его голове был едва слышен.

– Я здесь, – так же тихо отозвался он.

– И я, – прошептала Пуазон.

Ноэль услышал, как Катокве взяла вёсла и начала грести. Они продвигались быстро и уверенно. Лодка скользила по воде, и Ноэль постепенно расслабился.

К сожалению, Пуазон начала орать:

– Здесь всё шатается! Вы что, с ума сошли? – простонала она. – Мне так плохо! Почему ты не можешь грести потише, Катокве?

Катокве её как будто не слышала и молча гребла дальше.

– Э-эй? – Теперь Пуазон канючила ещё громче. – Катокве? Давай-ка помедленнее…

– Если ты сейчас же не заткнёшься, я вышвырну тебя за борт, Пуазон, – перебила тарантула Катокве. – Клянусь.

Угроза подействовала. Пуазон больше не напоминала о себе, пока они не достигли берега Пятого острова.

Только когда Катокве привязала лодку к пирсу и соскочила на берег, Паузон вздохнула с облегчением.

– Аллилуйя! – пропищала она так тихо, что её услышал только Ноэль.

– Сидите тихо, – буркнула им Катокве. – Я проверю, всё ли чисто.

Её шаги стихли, и Ноэль слегка отодвинул парусиновую ткань. Прямо над лодкой висела яркая звезда. Вдалеке стрекотали цикады. Воздух пронзил предостерегающий крик ночной птицы. Тут же на пляже раздался голос:

– Привет, Катокве.

Что ты делаешь здесь так поздно?

– Ой! – пропищала Пуазон.

– А ты? – спросила Катокве таким ледяным тоном, что Ноэля бросило в дрожь. Он должен увидеть, что там происходит.

Он осторожно подполз к краю лодки, поднял голову и отодвинул брезент.

Луна бросала на берег призрачный бледный свет. Катокве стояла посреди белой песчаной полосы, отделявшей море от джунглей, которые покрывали весь остров. Её высокая стройная фигура выделялась на светлом фоне.