Остров-ловушка

Вдруг она сообразит, как поймать вора?

Когда он закончил рассказ, тарантул задумчиво потёрла лапки.

– Вот это да! – ахнула она. – Преступник среди нас!

– Может, он пришёл и извне, – возразил Тайо. – И уже давно покинул острова.

– Как? – спросил Ноэль.

– На корабле миссис Moa. Или просто улетел. До материка далеко, но крупная птица могла отнести шкатулку к лодке, стоявшей на якоре за пределами запретной зоны.

– Но его бы заметили, – сказала Катокве.

– Что ты имеешь в виду? – Ноэль вопросительно посмотрел на неё.

Катокве задумчиво помешивала свой чай с гибискусом.

– Всё записывается, – объяснила она. – Кто заходит на острова, кто их покидает. Под наблюдением даже сообщение между островами.

– Что? – От удивления Тайо опустил вилку, которую собирался погрузить в омлет. – Кто за этим следит?

– Шпионы, разумеется, – сказала Катокве.

– Почему ты говоришь об этом только сейчас? – спросил Ноэль. – Это гениально! Остаётся выяснить…

– Забудь! – Это произнесла не Катокве, а Корацон, высунувшая свою ярко-зелёную голову из-за уха Катокве.

Ноэль почувствовал покалывание в груди.

– Всё из-за меня, – пробормотал он. – Но ведь это не означает, что эти сведения нельзя достать, не так ли?

Вопрос был обращён не к змее, буравившей его взглядом, а к Катокве. Она сидела, задумчиво уставившись в пустоту, будто не слышала его слов.

– Ладно, – прошептала Корацон. – Я ухожу.

– Что? – Катокве вытащила из волос змею и удивлённо посмотрела на неё.

– Потому что не хочу ничего знать о том, что вы сейчас будете обсуждать, – ответила Корацон. – Можешь сколько угодно нарушать правила, но без меня.

– Нарушать правила? – спросила Катокве. – Я даже не знаю, о чём ты говоришь.

– А вот и знаешь… – Змея выпрямила верхнюю часть туловища и откинула голову назад. – Это то, чем ты занимаешься. – Она высвободилась из рук Катокве и скользнула к краю стола. С поразительной скоростью змея спустилась по ножке и устремилась к окну.

– Да подожди ты! – воскликнула Катокве. – Что ты задумала? Как ты доберёшься до Пятого острова в одиночку?

– За меня не беспокойся, как-нибудь справлюсь, – отозвалась Корацон и, протиснувшись в приоткрытое окно, исчезла.

Мгновение в комнате царила тишина, которую нарушал лишь возбуждённый топот волосатых лапок Пуазон. Катокве сидела, погружённая в свои мысли, и все знали, что расспрашивать её бессмысленно.