Скрытая в памяти

Звёзды ярко сияли на небе вместе с луной, поэтому хоть что-то было возможно разглядеть. К счастью, у Бекки при себе нашёлся карманный фонарь. Вскоре мы оказались на просёлочной дорожке с хорошим освещением. Я рассказал ей, чем здесь занимаюсь, потом узнал, что Бекка работает на филиал европейской компании доставщиком корреспонденции в городе и окраинах. В какой-то момент она остановилась и указала мне пальцем наверх. Тогда я и увидел его впервые. Гигантская красно-зелёная скульптура дракона обвивала по всей высоте семнадцатиэтажное розовое цилиндрическое здание.

Глава 3.

Я видел с каким интересом за стойкой кафе меня слушала Клэр. Её кружка с кофе уже опустела. А я не успел сделать и двух глотков.

– Может ещё кофе? – спросил её я.

– Спасибо, но я и так не усну, пока не дослушаю историю до конца, – ответила девушка.

– Тогда продолжим?

– А можно сразу вопрос?

– Конечно.

– Этот дракон, он выглядел также?

– Могу сказать, что я старался воспроизвести все его отличительные черты, кроме длинного туловища конечно.

Я посмотрел на дракона. Он был недоволен, как всегда. Поэтому я решил добавить:

– Всё величество и благородство этого существа невозможно передать руками обычных людей. Но общий образ Сэма сохранился.

– Так почему его зовут Сэм?

– Здание, по которому ползёт дракон, является храмом Ват Сам Пхран. Для удобства я и Бекка называли его «Сэм».

Когда я вновь назвал её имя, то ощутил, что мои чувства были на месте. Как будто и не прошло столько лет без неё. Я собирался продолжить рассказ, но дверь в кафе открылась. На пороге появился знакомый мне человек, но совсем не тот, кого я ждал сегодня вечером.

Он ввалился внутрь, с трудом приоткрыв дверь, его ноги еле держались на кафельном полу. Наверное, потому что, как всегда, он оделся не по погоде. Протектор его кроссовок забился. Ноги уже отправились в собственное скользящее путешествие.

– Упс, – сказал мужчина и, вернув почву под ногами, направился к нам.

По дороге он снял модный французский берет со своей головы и скинул свою куртку с коричневым меховым воротом на ближайший стул, обнажив свои руки, на которых красовалось по несколько ярких татуировок разного содержания.