Битва за Кальдерон

Они никогда их не бросят, даже если это будет означать для них смерть. Они считают ворд угрозой – не только для своих земель, но и для своих семей и самой жизни.

– И все равно, – не соглашалась Серай. – Ты не владеешь боевой магией, Амара. Ты курсор. Пусть этим занимаются те, чей долг делать солдатскую работу. А ты должна служить своему призванию. Давай вернемся вместе в столицу.

– Нет, – сказала Амара.

Она подошла к окну и несколько мгновений смотрела на двор. Бернард и Фредерик поднимали пару громадных бочек с продуктами на специальные подставки, приделанные к упряжи гарганта, который зевнул, явно не замечая груза весом в полтонны, поднятого двумя заклинателями земли с помощью своих фурий ему на спину.

– Местный гарнизон потерял своих рыцарей Воздуха во время Второй кальдеронской битвы, и заменить их достаточно трудно. Возможно, я понадоблюсь Бернарду, чтобы доставлять сообщения или делать разведку с воздуха.

Серай тихонько вскрикнула.

Амара повернулась и нахмурилась, обнаружив, что куртизанка смотрит на нее, раскрыв от удивления рот.

– Амара, – обвиняющим тоном заявила она, – ты его любовница.

– Что? – удивленно спросила Амара. – Дело вовсе не в…

– Даже не пытайся ничего отрицать, – сказала Серай. – Ты сейчас смотрела на него, так ведь?

– А какое это имеет отношение к делу? – спросила Амара.

– Я видела твои глаза, – сказала Серай. – Когда ты назвала его Бернардом. Он там занимается какой-то мужской работой, верно?

Амара почувствовала, что снова краснеет:

– Как ты…

– Я в таких вещах разбираюсь, милая, – ответила она.

– В зеленой тунике, – ответила Амара, отходя от окна. – Около гарганта. Темные волосы, борода с сединой.

– О! – выдохнула Серай. – Он не старый. Просто слишком рано поседел, я бы сказала. Это всегда привлекательно в мужчине. Это означает, что у него достаточно власти, чтобы нести ответственность за своих людей, и достаточно совести, чтобы беспокоиться о них.

– Сильный, – не стала спорить Амара. – И потрясающе стреляет из лука.

Серай искоса на нее посмотрела:

– Знаю, это прозвучит банально, но в сильном мужчине есть неоспоримая первобытная привлекательность. Ты со мной не согласна?

Лицо Амары горело от смущения.

– Ну да. Это про него. – Она сделала глубокий вдох.