Фурии Кальдерона

В противоположном конце зала старая Битте склонилась над не подававшим признаков жизни Бернардом, хотя скрюченные пальцы ее крепко сжимали железную кочергу.

– Исана! – возмутился Уорнер. Придерживая одной рукой полотенце, он спускался по лестнице. – Не можем же мы отпустить их просто так! Таких зверей опасно оставлять на воле!

Тут усталость и головная боль, смешавшись с осадком от страха и напряжения, навалились на Исану, и ее стало трясти. На мгновение ей пришлось даже низко опустить голову и приказать Рилл осушить ее глаза от слез.

– Пусть уходят, – еще раз повторила она. – У нас хватает своих хлопот с ранеными. А этих убьет гроза.

– Но…

– Нет, – отрезала Исана и оглянулась на остальных доминусов. Рот медленно поднимался на ноги, тряся головой. Отто поддерживал старшего соседа под локоть, и на почти лысой голове того блестел пот. – Нам нужно заняться ранеными, – напомнила им Исана.

– Что случилось? – пробормотал Отто. – Чего это они?

Рот положил руку на плечо Отто:

– Они наложили на нас чары.

Исана кивнула. В душе она была благодарна Роту и понимала, что как заклинатель воды он почувствует это. Он коротко улыбнулся ей.

– Но как, – потрясенно спросил Отто, – как они проделали все это, а мы ничего и не заметили?

– Мне кажется, – сказала Исана, – что Биттан нагнетал все это постепенно. Ну, как подливаешь в ванну горячей воды понемногу – так, что сидящий в ней этого не замечает.

Отто зажмурился:

– Я знал, что вы умеете передавать эмоции другим, но не думал, что таким образом.

– Большинство граждан, владеющих заклинанием огня, делают это в той или иной степени, – пояснила Исана. – Почти каждый сенатор может делать это, даже сам того не сознавая. Грэм – так тот все время делает это.

– Ну да, – вслух размышлял Рот. – И покуда его сынок занимался этим, Корд кормил нас всем этим вздором насчет возможного наводнения – а мы уже были достаточно встревожены, чтобы верить в разумность его речей.

– Ох, – вздохнул Отто. Он кашлянул и залился румянцем. – Ясно. Ты поздно спустилась, Исана, а то бы мы это раньше заметили. Но почему ты ничего нам не сказала?

– Потому что тот, другой, душил ее, балда ты этакая, – рявкнул Олдо, так и не поднимаясь с пола. – И ты сам видел, что пытался сделать с ней Корд.

Голос его прозвучал хрипло, потому что поврежденная нога изрядно болела.