Архивы Дрездена: Маленькое одолжение. Продажная шкура

Может, это входит в список дарованных им способностей, а может, сама работа требует от тех, кто избран заниматься ею, подобного свойства – не спрашивайте, не знаю. В вопросах веры и отношений со Всевышним я не слишком силен, так что плаваю в этих водах с особой осторожностью и по возможности кратковременно. Я только знаю, что мало кому из нехороших парней удается подкрасться нераспознанным к Рыцарю Креста и что у этих Рыцарей налицо предрасположенность выводить истину на свет.

На мгновение я встретился с Саней взглядом.

– Он со мной, – произнес я. – А еще именно благодаря ему Акариэль отдыхает сейчас в заточении.

Некоторое время Саня колебался. Он покосился на Майкла, который нехотя кивнул.

Младший Рыцарь задумчиво прикусил губу и тоже заглянул вглубь салона.

Хендрикс проснулся, но не пошевелился, только наблюдал за Саней пристальным взглядом.

– Женщина, – хмурясь, произнес Саня. – Что с ней?

– Ранена, – ответил я.

Что-то похожее на огорчение промелькнуло в его чертах.

– Да, конечно. Вы бы не привезли ее сюда, если бы считали, что она опасна.

– Не для вас и не для меня, – сказал я. – Тесса, конечно, может иметь иное мнение.

Санины брови поползли вверх.

– Так вот как она получила ранение?

– Это случилось после того, как ее ранили.

– Да ну. – Саня придвинулся чуть ближе к Гард, чтобы получше определить ее состояние.

– Назад, – пророкотал Хендрикс. – Товарищ.

Саня вновь сверкнул белозубой улыбкой и продемонстрировал Хендриксу пустые ладони.

Майкл кивнул Томасу:

– Загоняйте машину за дом. Сугробы заслонят ее от посторонних глаз.

– Спасибо, Майкл, – сказал я.

Он мотнул головой:

– В мастерской есть обогреватель и пара раскладушек. Детей я подставлять под это не хочу.

– Я понимаю.

– Правда? – мягко спросил Майкл.

Он легонько похлопал по искореженному капоту пикапа и махнул рукой, давая Томасу знак проезжать.

Спустя двадцать минут мы все расположились в теплой, хотя и немного тесноватой мастерской Майкла.

Гард лежала на раскладушке и спала; лицо ее розовело буквально на глазах. Хендрикс сидел, привалившись спиной к стене рядом с ее раскладушкой, – предположительно охраняя ее, но периодически всхрапывая. Саня отправился в дом, чтобы с помощью Молли и остальных детей приготовить нам что-нибудь поесть.

Я наблюдал, как Майкл, чуть слышно бормоча слова молитвы, заворачивает динарий Акариэля в чистый белый платок с вышитым на нем серебряным крестом.