Архивы Дрездена: Маленькое одолжение. Продажная шкура

Потом мой брат медленно отвернулся, глядя на дорогу, а лицо снова застыло нейтральной маской.

– Да, – негромко произнес он. – Нам, пожалуй, лучше избавиться от этой штуки.

– Избавимся, – кивнул я. – Церковь две тысячи лет противостоит динарианцам. Там знают, что делать с этими монетами.

Томас покосился на пепельницу, потом отвел взгляд и нахмурился при виде искореженного капота своего «хаммера».

– Почему бы им не показаться месяцев шесть назад? Когда я ездил на «бьюике»?

Я фыркнул:

– Вижу, с приоритетами у тебя все в порядке.

– Только-только познакомился с этими ребятами – и уже ненавижу их, – заявил Томас. – Но почему они здесь? И почему сейчас?

– Вкратце? Я бы предположил, что они выбрались сюда размазать Марконе, доказав тем самым остальным участникам договора, что жалким смертным не место среди нас – я имею в виду, сверхчеловеков.

– А они тоже участники договора?

– Надо проверить, – сказал я. – Сомневаюсь, чтобы они значились в числе участников как «Орден одержимых демонами психопатов».

Томас покачал головой:

– Так что же они получат с этого? Что можно доказать похищением Марконе?

Я пожал плечами. Эти же самые вопросы я уже задавал себе и не смог пока нащупать убедительных ответов.

– Понятия не имею, – признался я. – Однако у них нашлось чем разнести тот дом к чертовой матери и чтобы обойти все препятствия, которыми окружил себя Марконе.

– А какого черта Королевы фэйри ввязываются в это дело? – поинтересовался Томас.

Я снова пожал плечами. Этот вопрос я тоже себе задавал. Терпеть не могу, когда мне приходится отвечать на собственные же вопросы вроде этого.

Оставшуюся часть дороги до дома Майкла мы проделали в серо-белой тишине.

Его улицу успели очистить от снега вполне прилично, так что мы без труда подкатили прямо к подъездной дорожке. Майкл и двое его старших сыновей, вооружившись большими лопатами, убирали снег на участке.

При виде «хаммера» Майкл поджал губы, сказал что-то сыновьям, и те, переглянувшись, поспешили в дом.

Я опустил стекло.

– Привет, – сказал я.

– Гарри, – спокойно произнес он. – Что вы здесь делаете?

– Только что я имел беседу с Девицей-Богомолом, – ответил я и поднял к окошку блокнот, где нарисовал ангельский знак, пока он оставался свежим в моей памяти.