Архивы Дрездена: Маленькое одолжение. Продажная шкура

Эти динарианцы могли бы убить не одну сотню людей.

– Дай мне время, – попросил я.

Она оперлась руками о край стола и встала, снова глядя на меня все тем же нейтральным взглядом. Когда она заговорила, у меня засосало под ложечкой.

– Я бы рада, – сказала она. – Но…

Дверь паба распахнулась, едва не слетев с петель и оставив на старой деревянной стене отметины.

В помещение вошел… Зверь. Поначалу я даже не понял, кто это. Представьте себе крупного человека, пытающегося залезть в собачью будку. Ему пришлось согнуться и пролезать в дверь бочком, протискивая в проем сначала одно плечо, потом другое, стараясь не ободраться при этом о косяк.

Примерно так выглядела его здоровенная, покрытая серой шерстью фигура. Только с рогами и раздвоенными копытами.

Огромный бебека – на несколько футов выше любого из известных мне троллей или огров – протиснулся в дверь и остался стоять, пригнувшись. Его голова, плечи и верхняя часть спины упирались в потолок. Взгляд его золотых, с прямоугольными зрачками глаз медленно шарил по комнате.

Сжатые в кулачищи пальцы не уступали размерами хорошим кабачкам, и запах от него исходил резкий, звериный.

Благодаря снегопаду в таверне было немноголюдно – несколько завсегдатаев и мы с Мёрфи. Но даже в этом случае зрелище вышло не из тех, что видишь каждый день, и в помещении воцарилась полная тишина.

Взгляд бебеки остановился на мне.

Тут он, все так же бочком, двинулся в мою сторону. Мак метнулся к кнопке, отключавшей вентиляторы, но лопасти первых двух, мимо которых проходил незваный гость, ударили того по рогам и разбились о них вдребезги.

Бебека даже не моргнул. Он остановился у нашего стола, осмотрел Мёрфи и обратил пристальный, тяжелый взгляд на меня.

– Чародей, – пророкотал он таким низким, глубоким и мощным голосом, что я скорее ощущал его, нежели слышал. – Явился я сюда о братьях моих младших говорить. – Глаза его угрожающе сузились, и кулачищи напряглись, хрустнув суставами. – Как равно и о том, что с ними совершил ты.

Глава 17

Сжав в руке посох, я встал лицом к исполинскому бебеке.

Мёрфи смотрела на меня округлившимися, если не сказать выпученными глазами.

– Это нейтральная территория, – негромко произнес я.

– Истинно так, – согласился бебека. – И договор – вот то, что не дает мне хребет твой изломать и череп раскроить.

– А мне – поджарить зад твой необъятный, – отозвался я, глядя на него хоть и снизу вверх, но в упор, а также дерзко выпятив подбородок.