Архивы Дрездена: Кровавые ритуалы. Барабаны зомби

Мотор закашлялся, чихнул и смолк, не дожидаясь, пока я выключу зажигание. У самой дороги стояли две зловещего вида каменные горгульи фута четыре в высоту каждая, а дальше дорожка из белоснежного гравия вела через ухоженный розарий.

Розовые кусты были старые; отдельные побеги толщиной не уступали моему большому пальцу. Они оплели весь сад, укрыв землю пружинящим ковром, взбираясь на потрескавшийся камень горгулий. Все это подсвечивалось приглушенными синими и зелеными огнями, отчего цветы на кустах казались черными.

– Помогите Инари, – сказала Лара. – Я понесу Томаса.

– С учетом того, что это вы стреляли в него, – возразил я, – давайте-ка я возьму его. А вы займитесь Инари.

Она слегка сжала губы, но кивнула:

– Как хотите.

Что ж, сам напросился.

Лара наклонилась, чтобы вытащить Инари из машины, но, прежде чем она успела коснуться девушки, колчеухий щен проснулся и яростно затявкал на Лару.

– Что это с вашим животным?

Я вздохнул, накинул свой кожаный плащ и, выйдя из машины, обогнул ее и остановился у пассажирской дверцы.

– Я задолбался уже повторять всем и каждому, что это не мой пес. – Я нагнулся, взял маленького психопата за шкирку и сунул в карман. Он побарахтался там секунду-другую, потом ухитрился-таки высунуть голову и продолжал рычать на Лару.

Лара смерила меня холодным взглядом и поставила Инари на ноги. Потом помогла мне как можно осторожнее достать из машины Томаса. Он был вялым и холодным, и глаза его снова сделались совершенно белыми, но я слышал его затрудненное дыхание. Я плохо представлял себе характер его ранений, поэтому не рискнул тащить его на спине, а вместо этого просунул руку ему под лопатки, другой подхватил под коленки и поднял, как ребенка. Он оказался тяжелый.

На секунду у меня закружилась голова, и мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы в голове прояснилось. Меньше всего теперь я мог позволить себе выказать слабость.

Следом за Ларой и Инари я побрел к крыльцу. Лара нажала на кнопку рядом с дверью и произнесла: «Лара Рейт». Последовал металлический щелчок, дверь медленно отворилась внутрь.

В это мгновение по нам скользнул свет фар еще одной машины.