Архивы Дрездена: История призрака. Холодные дни

Но вместо того чтобы спорить, она снова подняла левую руку, и почти сразу же в нее полетел очередной ледяной шар. Этот тоже пробил защитное поле, но траектория его полета изменилась заметнее, чем в прошлый раз. Он пролетел мимо Молли, только чуть задев ее рукав.

Она ахнула и, задыхаясь, припала на колено. Магия выматывает силы любого, кто ею занимается, а недостаточно подготовленных она утомляет еще быстрее.

Я поежился, глядя на Молли в таком состоянии. Я знал, каково ей сейчас. Когда Джастин начал учить меня создавать оборонительные щиты, он бросал в меня бейсбольные мячи изо всех сил.

Когда я сам начал учить Молли тому же, я не использовал ничего тверже рыхлых снежков и гнилых фруктов.

– Что ж, на сегодня достаточно, – произнес женский голос. – Завтра попробуем с ножами.

Молли вздрогнула и опустила взгляд.

Говорившая медленно вышла из переулка и остановилась рядом с моей ученицей.

Это была моя фея-крестная. Леанансидхе.

Леа была немыслимо прекрасна, но ее красота – жесткая, голодная, опасная – всегда напоминала мне красоту охотящейся кошки. Высокая, бледная, с волосами цвета осенних листьев на закате. Чуть заостренные кончики ушей, возможно, она подправила сама с целью оправдать ожидания смертных. На ней было длинное платье из зеленого шелка, явно не по сезону и не по погоде.

Она протянула руку и коснулась кончиками пальцев Моллиных волос.

– Зачем? – едва слышно спросила Молли. – Зачем вы делаете это со мной?

– Долг, детка, – отвечала Леа. – Исполнение обязательств, дело чести.

– Вы обещали это Гарри?

– Отнюдь, детка. Не я. Не я, но моя Королева в силу древних законов и обычаев имеет свои обязательства по отношению к нему. Она повелела мне продолжать твое обучение искусству, а боль – идеальное средство обучения.

– Гарри в это не верил, – возразила Молли ломким голосом. – Он никогда не причинял мне боли.

Леанансидхе наклонилась и схватила мою ученицу за подбородок, резко подняв ее лицо, чтобы та посмотрела в ее зеленые нечеловеческие глаза.

– Значит, он ввел тебя в серьезное заблуждение, детка, – ответила она, чеканя каждое слово. – Он лишил тебя наследия, ради которого жил и страдал.