Архивы Дрездена: История призрака. Холодные дни

Это можно понимать по-разному, ты не считаешь?

– Как, например?

Мёрфи посмотрела на меня:

– Например, Марконе знал о том, что должно произойти, поэтому и сказал, что ему не нужно тебя убивать. Сам он этого не делал, но был в курсе.

Я хмыкнул. Марконе заправлял Чикаго, как собственным клубом. У него имелись легионы служащих, союзников и мелкой сошки на побегушках. Его информированность о происходящем в городе не была сверхъестественной – нет, она была еще круче. Его отличали логика поступков, острый ум и готовность к кризису, равной которой я не встречал больше ни у кого.

Если бы в городе появился какой-нибудь специалист по мокрым делам, Марконе с высокой степенью вероятности узнал бы об этом. От него и от его подпольной сети информаторов ускользало немногое.

– Черт! – повторила Мёрфи, явно пришедшая к тем же выводам, что и я. – Теперь точно придется поговорить с этим говнюком. – Она достала маленький блокнот и черкнула в нем несколько строк.

– Сгорел до основания, – подтвердил Баттерс.

Я кивнул:

– Если верить околачивающимся вокруг призракам, там появлялось само Серое Привидение… Я не рассказывал вам про Серое Привидение?

– Мистер Линдквист ввел нас в курс дела после того, как обстрел закончился, – сказал Баттерс.

– О, хорошо. Как бы то ни было, оно появилось в сопровождении нескольких смертных и похитило его. Мы должны его вернуть.

Мёрфи кивнула, продолжая писать в блокноте:

– Что произойдет, если мы этого не сделаем?

– Кучка призраков, представляющих собой нечто вроде серийных убийц, начнут бродить по Чикаго, стремясь устроить кровавую забаву. Подобные призраки могут проявляться в реальности – превращаться в нечто, близкое к материальному, Мёрф. Становиться такими, каким был Кошмар. Люди пострадают. Много людей.

Губы Мёрфи сжались в жесткую линию. Она записала еще что-то в блокнот:

– Сейчас рассортируем все по порядку.

– Я нашел шайку, обстрелявшую твой дом вчера вечером, – сообщил я.

Кончик ее карандаша сломался о блокнот. Мёрфи посмотрела на меня, и глаза ее сделались совсем ледяными, бешеными.

– Да? – произнесла она очень тихим голосом.

– Угу, – кивнул я и помолчал немного, обдумывая, как много я могу сказать: разбудить гнев Мёрфи не так-то просто. – Не думаю, что они вас больше побеспокоят.

– Почему? – спросила она полицейским тоном.