Архивы Дрездена: Гроза из преисподней. Луна светит безумцам. Могила в подарок

Бывают же люди.

Я дочитал роман в бумажной обложке и бросил его в ящик с надписью «ВЫПОЛНЕНО». В картонной коробке рядом с моим столом валялась целая куча читанных и выброшенных книжек с мятыми страницами и погнутыми корешками. Я жить не могу без книг. Я как раз созерцал груду непрочтенных книг, раздумывая, какую бы взять следующей, с учетом того, что делать все равно нечего, когда зазвонил телефон.

Я покосился на него не без опаски. Мы, чародеи, вообще жутко боимся подвоха. После третьего звонка, когда я решил, что не покажусь звонящему слишком нетерпеливым, я снял трубку и сказал: «Дрезден».

– О… Это, гм, Гарри Дрезден? То есть… э… чародей? – Она говорила извиняющимся тоном, словно боясь меня оскорбить.

«Нет, – подумал я. – Это Гарри Дрезден… э… ротозей. Гарри-чародей сидит этажом ниже».

Быть ворчливым – прерогатива чародеев. Но никак не независимых консультантов, запаздывающих с арендной платой. Поэтому, вместо того чтобы сказать что-нибудь умное, я сказал женщине в трубке:

– Да, мэм.

– Я, гм… – произнесла она. – Я, ну, не знаю. Я кое-что потеряла, и мне показалось, вы могли бы мне помочь.

– Поиск потерянных вещей – моя специальность, – согласился я. – Что я должен искать?

Последовала нервная пауза.

– Моего мужа, – ответила она. Голос ее звучал чуть хрипло, словно у чирлидерши по окончании долгого матча; впрочем, в нем ощущался достаточный вес прожитых лет, чтобы определить ее как взрослую.

Брови мои против воли поползли вверх.

– Знаете, мэм, я, в общем-то, не специалист по поиску пропавших людей. Вы связывались с полицией или частным детективом?

– Нет, – быстро ответила она. – Нет, они не могут. То есть не связывалась. Ох, черт, все это так запутано. Не телефонный разговор. Простите, что я отнимала у вас время, мистер Дрезден.

– Подождите-ка, – так же быстро сказал я. – Извините, вы не назвали себя.

Последовала еще одна нервная пауза, словно она сверялась с какими-то письменными заметками, прежде чем ответить.

– Зовите меня Моникой.

Люди, наслушавшиеся всяких баек про чародеев, не любят называть нам своих имен. Они уверены, что, если они назовут чародею свое имя, тот может использовать его против них самих. Честно говоря, они правы.

Мне пришлось изо всех сил казаться вежливым и безобидным. Она вот-вот готова была из чистой нерешительности повесить трубку, а мне нужна была работа. Может, мне и удастся отыскать этого типа, если я постараюсь как следует.