Архивы Дрездена: Гроза из преисподней. Луна светит безумцам. Могила в подарок

Я услышал резкий треск, повернул голову в том направлении и увидел, как гроза валит дерево на провода. Последовала яркая вспышка, а потом она погасла, только ветви догорали. Я снова повернулся в сторону, куда мы направлялись. До залитой водой Ридинг-роуд, обещавшей нам защиту от демона, оставалось еще тридцать ярдов.

– Не думал, что вы продержитесь так долго, – произнес чей-то голос.

Я подпрыгнул на добрый ярд. Непослушными от холода и усталости руками я перехватил жезл и медленно повернулся в направлении голоса.

– Кто здесь? – Мои чувства ощутили присутствие холодного пятна. Не физически холодного, но чего-то такого, более леденящего и темного, чем ощущали другие мои органы чувств. Сгусток теней, иллюзия темноты на темном фоне. Это «что-то» пропало при очередной вспышке молнии, но появилось вновь, стоило той угаснуть.

– Может, тебе еще и по имени представиться? – хмыкнула тень. – Скажем так: я – тот, кто тебя убил.

– Вы опережаете события, – возразил я, продолжая оглядываться по сторонам. – Дело-то еще не сделано.

Наконец в темноте под разбитым уличным фонарем глаза мои разглядели человеческий силуэт. Мужской он или женский, я не разобрал, да и по голосу определить это было трудно.

– Ничего, – буркнула тень. – Тебе больше не продержаться. Мой демон разберется с тобой, не пройдет и десяти минут. – Голос звучал до обидного уверенно.

– Так это вы призвали демона?

– Разумеется, – подтвердила тень.

– Да вы рехнулись! – потрясенно воскликнул я. – Вы хоть представляете себе, что будет с вами, если эта тварь сорвется с поводка?

– Не сорвется, – заверила меня тень.

Я ощупал тень своими чувствами и понял, что мои подозрения верны. Это не был ни настоящий человек, ни даже иллюзия настоящего человека, скрывающая кого-то другого. Это была всего лишь видимость кого-то, фантазм, сотканный из тени и звука, голограмма, которая могла говорить и слышать за своего создателя, где бы тот (или та) ни находился.

– Что ты делаешь? – удивилась тень.

– Проверяю вашу кредитоспособность, – буркнул я и, собрав остаток воли, послал ее в него в магическом эквиваленте доброй оплеухи.

Образ вскрикнул от неожиданности и отшатнулся.

– Как это тебе удалось? – взвизгнул он.

– Хорошо учился в школе.

Голограмма зарычала, потом принялась выкрикивать слово, состоявшее, казалось, из одних согласных. Я попытался разобрать его, но удар грома заглушил голос на полуслове.