Архивы Дрездена: Доказательства вины. Белая ночь

Она шагнула между двумя деревянными колоннами, и вырезанные на них цветы дрогнули и расцвели вдруг настоящими красками.

У всех, включая меня, на мгновение перехватило дыхание.

Мак опомнился первым.

– Лилия, – произнес он, склонив голову. – Рад видеть тебя.

Она отозвалась на свое прежнее имя теплой улыбкой:

– Привет, Мак. Ты еще делаешь эти лимонадные кубики?

– Мне тоже, – добавил Хват и заулыбался еще радостнее.

Он предложил руку Лилии, и та опустила пальцы на его запястье таким привычным движением, о каких уже не задумываются.

Они подошли к столу. Я вежливо встал, пока Хват усаживал Лилию. Потом мы с ним тоже сели. Мак принес лимонад и вернулся за стойку.

– Итак, – произнес Хват. – Что случилось, Гарри?

Лилия потягивала лимонад через соломинку. Я старался не слишком таращить на нее глаза и не пускать слюну.

– Гм… – начал я. – Меня просили связаться с вами. После прошлогодних атак Красной Коллегии, когда они вторглись на территорию фэйри, мы вроде как ожидали ответной реакции.

И не понимаем, почему ее не последовало.

– «Мы» – это Совет? – негромко спросила Лилия.

Голос ее звучал совершенно спокойно, но что-то в нем предупредило меня, что этот вопрос, возможно, очень важен.

– «Мы» – это я и некоторые мои знакомые. Это, скажем так, не совсем официально.

Хват и Лилия переглянулись. Она коротко кивнула, и Хват вздохнул:

– Хорошо. Хорошо. Я так и надеялся на что-нибудь в этом роде.

– У меня нет полномочий говорить с Белым Советом от имени Летней династии, – объяснила Лилия.

 – Но с вами и меня, и моего Рыцаря связывают узы дружбы. Поэтому ничто не мешает говорить со старым другом о нелегких временах.

Секунду-другую я переводил взгляд с нее на Хвата и обратно.

– Так почему сидхе не обрушились на Красную Коллегию всей своей мощью? – спросил я наконец.

Лилия вздохнула:

– Тут все довольно сложно.

– Так начните для ясности с самого начала, – предложил я.

– С какого начала? – спросила она. – И чьего?

Брови мои против воли поползли вверх.

– Адские погремушки, Лилия! Вот от вас я не ожидал обычных для сидхе игр со словами.

Спокойная отрешенная красота накрыла ее лицо подобием маски.

– Я знаю.

– Сдается мне, когда речь заходит об услугах, вы не очень-то вольны распоряжаться собой, – заметил я. – Особенно в свете той заварухи в Оклахоме и истории вашей предшественницы.

– Я знаю, – повторила она, и опять по выражению ее лица я не понял ровным счетом ничего.