Вархилий. Ирония тьмы

Маг сделал глубокий вдох, ноздри его надулись, он закрыл глаза, а когда открыл – они превратились в изумрудные. Как это было потрясающе… Мужчина шумно выдохнул, меня обдало жаром, в прямом смысле, его дыхание было очень горячим.

– У тебя что ли температура? Твоим дыханием чайник вскипятить можно. Я раньше не замечала.

– Ты не замечала, потому что на лице моем была ткань. Температура моего тела намного выше человеческой, дыхание, соответственно, тоже горячее, чем у человека.

– И что же ты унюхал, что глаза у тебя в звериные обернулись?

– Не знаю.

Скорее всего это из-за печати. Я почуял своё.

– Свое? А ты собственник, как я погляжу! – хмыкнула я, не удержавшись от колкости.

– Странная ты. Все драконы-собственники. На тебе моя печать, забыла? Пока она на тебе – ты принадлежишь мне.

– Эй! Ты об этом не говорил! Ты сказал, что поставил ее, чтобы охотиться за безличниками! Ты соврал?! Да ты совсем охренел?! Что значит «ты принадлежишь мне»?!

– Не тарахти. Формально – я не соврал, так как не злоупотребляю так называемыми «функциями печати».

Я так понимаю, что ты опять не в курсе. Хотя, я вообще ничему не удивляюсь, видя, как ты смотришь на обыденные вещи. Но по факту, да, я солгал, точнее недоговорил часть информации. И, пожалуй, после твоей реакции, рассказывать тебе про печать и жизнь драконов не стоит.

– Да ты просто рыцарь после этого! Не злоупотребляет он, тоже мне! У меня батя тоже не злоупотреблял, и донезлоупотреблялся, знаю я вас! – кажется, меня понесло не в ту степь, и я решила закрыть рот, иначе опять выдам какую-нибудь чушь.

По факту мне даже сказать то было нечего. Все уже сделано. Но, черт возьми, как же он красив. Видеть того, кого любишь, еще и в фантастической ипостаси… Я опять покраснела, и поскорее решила отвернуться. Сделала вид, что моя высокоранимая душевная организация нарушена его самодовольством.

– Ты ведь отпустишь меня, когда уничтожишь последнего безличника? Снимешь эту печать и освободишь?

– Несомненно.

 – резко ответил он и вышел.

Теперь, когда он ушел, я осела и закрыла лицо руками. Я устала. На меня навалилось столько всего, что жизни не хватит, чтобы разгрести.

Но теперь, я уже не была уверена, что я хочу быть свободной от его оков.

Спустившись вниз по многочисленным лестницам, снова пройдя кучу залов, перекинувшись парой дежурных фраз по типу «Ооо, прекрасный вечер? Прекрасный, прекрасный…», я вышла в парк возле замка.