Прячься

Нехватка в комнате сына радости и юности терзает Рейчел каждый раз, стоит лишь порог переступить. Однажды, целый век назад, она едва могла уследить за его процветающей общественной жизнью. Детские праздники, дни рождения и море улыбок. В том, что он книжный червь, ничего страшного… но ей до боли хотелось, чтобы он кидал бейсбольный мяч, гонял на велике по городу – словом, выказал, что у него есть хоть какая-то жизнь, помимо образования. Она жаждала, чтобы он снова стал ребенком. Но правда в том, что тот кошмарный вечер преобразил его навсегда.

Он ринулся в учебу с рвением, которому большинство родителей безмерно радовались бы. Но Рейчел понимала, что это лишь затем, чтобы отгонять кошмары, оградиться от жестокости внешнего мира.

Обхватив сына руками, Рейчел чмокнула его в макушку, увенчанную копной русых волос. Он вывернулся из объятий, даже не обернувшись. Эрику уже тринадцать, и его некогда пухлые щеки подрастеряли детский жирок. Он начал вытягиваться, стал голенастым. Через пару лет будет выше матери, а потом в мгновение ока из «славного паренька» превратится в «красавчика».

У него отцовские голубые глаза с искорками – цвета Средиземного моря. При виде их сердце кровью обливается.

– Я учусь, – буркнул Эрик. И повернулся на стуле. – А чего это у тебя все штаны перепачканы?

Рейчел опустила взгляд. Она до сих пор в грязи из переулка.

– Упала. Твоя мама недотепа. – На это он приподнял брови, словно говоря «ага, как же». – Так над чем же мы трудимся?

– История, – бросил Эрик, поворачиваясь обратно.

– Что-то конкретное?

– Проверочная во вторник. Надо запомнить все штаты и их столицы.

– Успеешь?

Эрик пожал плечами.

– Вайоминг, – вбросила Рейчел.

– Шайенн, – парировал Эрик.

– Делавэр.

– Довер.

– Невада.

– Карсон-Сити.

– Пуэрто-Рико.

– Пуэрто-Рико – территория, – пренебрежительно фыркнул Эрик, – а вовсе не штат. Но раз уж ты спрашиваешь, то Сан-Хуан. Хорошая попытка, мам.

– И когда это ты стал такой умный? – улыбнулась Рейчел.

– Всегда таким был.

– Да, это правда. Как твоя сестренка? – говорить с его затылком было ей не по душе.

– Достала.

– Ей семь лет. Насколько надоедливой она может быть?

– Она сказала, что обстрижет мне волосы и сварит их на ужин, как спагетти. А потом нашла ножницы, и Айрис пришлось их у нее отбирать.

– Айрис разрешила ей взять ножницы?

– Меган куда проворнее нее, – буркнул Эрик.

– И не говори, – рассмеялась Рейчел.