Сон о сне

 – Откликнулась Лилит, ласково касаясь пальцами потускневшей нити. – Когда он встретил своего друга и обрёл надежду… Но что с ним будет теперь?

– Посмотрите сюда, – Дея указала рукой в верхний край полотна. Фиолетовая нить пересекла зелёную, но не сплелась с ней, как те две. – Кто-то нарушил Правило. Нельзя вмешиваться в сны людей.

– Он будет наказан, – тихо произнесла старица, но, судя по голосу, ей было жаль дерзкого.

– Лилит?

Та всё ещё наблюдала за постепенно сереющей белоснежной нитью, как вдруг произнесла:

– Связь.

Её спутники вновь замерли. На их глазах белоснежная нить сплелась с алой, и обе они ярко вспыхнули серебристым пламенем.

– Она добровольно связала себя с ним, – промолвила Дея, недоверчиво разглядывая сплетённые нити. – Хотя вряд ли осознавала, что делает. Жаль, что мы не имеем права наказывать за это людей.

– Но ведь то, что её ждет хуже любого наказания…

– Да, Агата. Ты права. Не думаю, что их связь станет особенной, это ещё большая редкость, чем само её явление.

– Возможно, теперь его нить станет прежней, без этой тени… – тихо произнесла Лилит, осторожно проведя пальцем по полотну.

– Вряд ли, – тотчас возразила Дея. – Он уже использовал свой шанс. Не удивлюсь, если серых нитей вскоре станет две.

– Мы будем наблюдать. – Негромко промолвила Агата. – Больше нам ничего не остаётся.

– Вы не забыли? – женщина кивнула в сторону фиолетовой нити. – Мы не должны медлить. Его ждёт наказание.

Старица встала рядом с ней с другой стороны полотна, но Лилит же продолжала вглядываться в переплетённые белоснежную, над которой будто повисла лёгкая серая дымка, и красную нити.

– Лилит? – вновь позвала её Дея. Девочка нехотя отстранилась от полотна, вставая между своими спутниками.Все трое Стражей коснулись фиолетовой нити, пересеченной с зелёной. Три пары угольно-чёрных крыльев резко распахнулись за спинами.

***

– Не верь ему! Пожалуйста, не верь…

Я оглядывалась по сторонам, пытаясь сквозь плотную стену тумана разглядеть обладателя голоса.

А ещё было очень холодно. Морозный ветер пытался свалить меня с ног, продувая тело насквозь. Я поднесла озябшие ладони ко рту, в тщетной попытке согреть. Не знаю, как оказалась в этом странном месте, кто и зачем привел меня сюда, но от осознания накатившей безнадёжности безумно хотелось плакать.