Неожиданный брак

Кристофер первым обратился к Деймену, предполагая, что объединение семей сделает их еще могущественнее, а две судоходные компании создадут замечательную империю. Они вместе станут мировой державой, контролирующей морские пути по всему земному шару.

Деймен был заинтригован, но недостаточно искушен, потому что знал репутацию Дукаса. Сделки Дукаса бывали довольно мутными, поскольку он действовал слишком быстро.

Через два года, когда Деймен узнал, что Кристофер снова пристраивает свою дочь, пытаясь найти другую греческую судоходную компанию в качестве потенциального партнера, он отправился в Сан-Франциско, чтобы обсудить взаимовыгодные сценарии.

Все это включало брак с дочерью Дукаса – Элексис.

Деймен не испытывал к Элексис никаких чувств. Она была просто средством для достижения цели. И все же наконец встретившись с Элексис и увидев, как на нее реагируют мужчины, он успокоился, осознав, что она станет не просто женой и матерью его наследников, но и ценным активом. Ее красота должна была привлекать новых клиентов.

Элексис занималась бы тонкостями социальной жизни, а Деймен сосредоточился бы на бизнесе.

О любви не могло быть и речи, потому что Деймен не любил людей. Он нуждался в определенных людях, чтобы добиться цели. Он уважал некоторых из тех, с кем работал, но предпочитал игнорировать большинство из них, не терпя людские слабости и особенности.

Именно поэтому он перебрался из оливковых рощ на Хиосе в Эгейское морское пароходство, которое переименовал в «Алексопулос шиппинг» после смерти бывшего владельца, Кумантараса.

Семья Кумантараса была недовольна тем, что Кумантарас-старший передал контроль над своим бизнесом постороннему – выскочке Деймену Алексопулосу, но тот ничуть не раскаивался. У детей Кумантараса не было желания работать в семейном бизнесе. Все они хотели только жить за счет прибыли.

Однажды «Дукас шиппинг» тоже потеряет свое название, став частью «Алексопулос шиппинг».

Деймен закрыл ноутбук и посмотрел в окно на темное небо.

В полночь свет в храме Посейдона погаснет. Сейчас только десять вечера.

Он постучал пальцем по подлокотнику кресла, стараясь расслабиться. Он ненавидел Кристофера Дукаса за его выходку. И ненавидел чувства, наводнившие его. Подумав о Кассиани в главной каюте, он закрыл глаза и покачал головой.

Он не знал, почему позволил стюарду отвести ее туда. Кассиани следовало разместить в гостевой каюте.

Он не хотел ее. Она – не та невеста, которую ему обещали.