Другая Россия

«Демократичному» и американистому Хрущу она, должно быть, казалась неуместным классицизмом. Так же как «архитектурные излишества» – против них стали тогда серьезно бороться: против сталинского имперского стиля зданий МИДа, гостиницы «Украина» и иже. Между тем латынь, ремни и фуражки были из одного и того же набора имперскости, вместе с «архитектурными излишествами». Хрущу нужна была быстро-быстро рабочая сила на фабрики и заводы и трактористы для подъема целины, потому школу сделали восьмилетней. Нужны были рабочие и крестьяне, вот их и спешно производили в восьмилетках.

В конце концов пришли к сегодняшней нелепой школе. Пожалуй, не намеренно пришли, ибо качество государственной элиты – правителей государства – неуклонно снижалось, и вряд ли Хрущев и тем более Брежнев были способны на размышления по поводу образования, не говоря уже о том, чтобы оценить сравнительные качества систем образования. После гения Ленина (впрочем, он никакого проекта нового образования не оставил, насколько я знаю) и отличного практика Сталина пришли лохи.

У лохов проектов не бывает.

Возвращаясь к сталинской попытке реставрации классического образования, еще раз отмечу, что она совершена в поздний предсмертный период, когда Сталин пришел к имперскости, отвергнув наследие революции 1917 года. Неизвестно, что он сам по поводу своей школы думал, но ежу понятно, что новый человек не должен был выйти из такой школы, где преподавали латынь и русскую историю, сочиненную немцем Миллером и другими немцами по заказу немецкой династии Романовых.

Учили историю царей и исчисляли послушно революционное время от выдуманной даты Рождества Христова! Что ж должно было получиться? Конечно, не новый, а ветхий человек! Потому закономерно получили с такой школой воспроизведение старого общества.

(Нужно было больше и больше революционности! Мой упрек революции 1917 года – что она не была достаточно радикальной. Она не убила старый мир, а лишь приглушила его на время. Но об этом в другом месте…)

Ту школу, которая есть, садистский репрессивный государственный институт, направленный на подавление и тотальную деформацию самой сути человека, нужно уничтожить.

Иначе наше общество обречено воспроизводить самое себя в том отталкивающем виде, в каком оно есть сегодня. Вечно будут крепостные темные пенсионеры, вечно будут палаческие менты, вечно будут воспроизводиться блатные, вечно станут появляться гоголевские чиновники, монументальные архаичные тетки-судьи. Поколение за поколением.