Я вижу тебя. Часть 4. Держась за воздух

Я давно ни с кем не виделась и понятия не имела, как вести себя, чтобы никто ничего не заподозрил.

– Ты права, действительно забыла, – виновато произнесла я, – может, я останусь дома?

– Исключено! – возмутилась Саманта, подняв указательный палец вверх, – раз уж ты доверила свою вампирскую сущность в мои руки и решила приобщиться к нормальной жизни, будь добра, слушайся.

– Хорошо! – я просто не могла сдержать улыбку, наблюдая за моим «строгим» гуру в области перевоспитания вампиров, – только такой человек, как ты, способен усмирить любое сверхъестественное существо.

– Так-то лучше! – голос Сэм смягчился, – эта улыбка дорогого стоит. Я могу точно сказать, что за последние два года ты улыбалась всего одиннадцать раз. Ужас!

Она встала со стула и подошла ко мне, положив свои тёплые руки на мои плечи, после чего начала медленно заплетать мои волосы в косу. Я немного опасалась находиться в непосредственной близости с человеком, но с каждым разом привыкала всё больше, стараясь при этом не думать о крови и о пульсирующей вене на её шее.

– Всё будет хорошо, – тихо, практически шёпотом произнесла Сэм.

– Я лишь могу создать иллюзию этого, так как для меня ничего и никогда уже не будет хорошо, – не питая призрачных надежд, ответила я, – ты даже не представляешь, как тяжело нести эту боль изо дня в день, при этом делать вид, что всё налаживается.

– Знаешь, что? – внезапно произнесла Саманта, выпустив мои волосы из своих рук, – так как завтра Рождество, я хочу, чтобы сегодня ты высказалась.

Её слова прозвучали, как призыв. Всё это время я говорила с ней, но, так или иначе, сдерживала себя, не договаривала, боялась озвучить и услышать собственную правду. Именно поэтому решилась попытаться…

Я поднялась со стула и подошла к окну, вновь выглянув на улицу. Снегопад прекратился, стало совсем тихо, ветра не было, зимняя ночь укрыла большой город ледяным одеялом.

Некоторое время я просто молчала и разглядывала яркую луну за окном. Её светящийся диск казался нарисованным или просто приклеенным на чёрном небесном полотне. Она где-то там, далеко, совсем одна в тихой пустоши, смотрит на землю, которая полна жизни, но не может и на милю приблизиться, вынужденная вечно оставаться лишь ночным маяком.