Голубка для ворона

Дома, побросав сумки, вскрыла конверт.

То, чего я больше всего боялась, наступило. Меня извещали, что исковой срок давности прошел и теперь отец считается официально умершим. Пять лет! Боже, прошло уже пять лет как он пропал без вести после смерти мамы! Я вчитывалась в сухие строки письма: “В соответствии со статьей… Гражданского кодекса… гражданин… объявлен… умершим. Вам надлежит…”

Строки расплывались перед глазами, но слез не было, была пустота в душе. Подойдя к книжной полке, достала последнюю записку отца.

Любовно разгладив её, не стала перечитывать. Я помнила её наизусть.

“Светик, родная, прости, что перекладываю на твои плечи свою боль. Помнишь, в детстве я рассказывал тебе сказки о голубках и воронах, об их неземной любви и что один не живет без другого? Так и я не могу жить без нашей мамы. Я ухожу. Не ищи меня и не плачь. Прости. Я очень люблю тебя. Папа.”

Именно с этой запиской я и побежала в отделение полиции. Сразу были организованы поиски, которые так и не дали результата.

Все эти годы у меня еще теплилась надежда, что он найдется. Но после официального письма её уже не осталось.

Мне надлежало прийти и забрать судебное постановление о смерти. Еле собравшись, пошла по инстанциям. Хорошо, мне попадались люди, сочувствующие моему горю. День прошел как в тумане. Со всеми документами и справками направлялась уже домой. Сегодня мне не хотелось оставаться одной. Значит решено: приглашу Лёшку, и мы помянем моих родителей. Поэтому чтобы быстрее вернуться, срезала дорогу через парк.

Только когда трое наглых парней с сальными глазами и похотливыми ухмылками заступили мне дорогу, вспомнила Лешкины слова. Он что-то говорил, что в этом парке обижают девушек… Я до последнего не могла поверить, что это могло случиться со мной.

– Какая красивая девушка, поздно вечером и одна, – слащаво ухмыляясь начал один из парней, видимо, самоуверенно считая себя неотразимым.

Широко расставив ноги они перегородили всю дорожку. Как на грех обойти по траве их тоже было нельзя.

Именно в этом месте её окружали высокие кусты, и происходящее здесь было скрыто от других прохожих за ними. Неуверенно оглянувшись назад, поняла: большую часть парка я уже прошла и там реально темнее, чем впереди.

– Извините, позвольте мне пройти, – у меня всё ещё теплилась надежда, что все обойдется, но следующие слова разбили её.

– Так мы проводим тебя. А если будешь паинькой и отблагодаришь как следует, так еще и уйдешь на своих двоих.