Ложь, которую мы произносим

Слишком хорошо знал, каково это, когда ребенка бросают родители. Вот как я воспринял смерть матери. Она словно бросила меня. А должна была изо всех сил стараться, чтобы остаться жить ради меня. Конечно, повзрослев, я понял, что это было невозможно.

И все же в моей голове царил сумбур. Множество мыслей сменяли одна другую. Я должен был как-то найти способ контролировать свой мозг и разобраться в ситуации.

Но когда я позвонил Хьюго с предложением наверстать упущенное и встретиться на следующей неделе после работы – не чтобы подробно рассказать ему о поступке Сары, а хотя бы выпустить пар, что, по-моему, было бы неплохо, – выяснилось, что у него свои проблемы.

– Оливия хочет еще одного ребенка, – сказал он мне в клубе. Мы сидели в укромном уголке бара. Вокруг нас было достаточно шумно, чтобы вести подобную беседу. – Думаю, беременность Сары заставила ее размечтаться.

– А ты не хочешь третьего?

Он фыркнул:

– Ни за что. Для начала мы не можем его себе позволить. И кроме того, дети давят на нас как на пару.

– У вас? – потрясенно спросил я. Оливия и Хьюго поженились совсем молодыми – вскоре после университета, где и познакомились. Я не мог представить ни одного из них в паре с кем-то другим. – Ты никогда не говорил мне об этом.

– Ну, я не все тебе рассказываю.

Меня это немного задело. Поэтому я молчал, наблюдая, как Хьюго осушает двойной виски, который опрометчиво заказал в начале разговора.

– Она особенно разозлилась, когда нашла номер телефона той женщины у меня в кармане, – добавил он.

– Что?

– Это ничего не значило. Просто случайная встреча в баре. Дети были еще маленькими. Я совсем не спал и чувствовал, что Оливия интересуется только ими. У меня не было интрижки или чего-то подобного.

– И она тебе поверила? – спросил я.

– Думаю, да.

А я не был настолько уверен.

Он вытер лоб.

– Мы прошли через это.

Хьюго махнул рукой официантке.

– Используй это время по максимуму, пока все не закрутилось.

– На самом деле я с нетерпением жду, когда мой ребенок подрастет и мы с ним пойдем в Музей естественной истории и Музей науки, – сказал я.

– Ха! У детей собственные представления о том, что весело, а что нет. Ты это выяснишь.