Ложь, которую мы произносим

После этого он немного помолчал, словно обдумывая услышанное.

– Подумал, не мог бы я… – начал он, когда мы покончили с едой. Затем замолчал.

– Да? – спросила я, ободряюще наклоняясь вперед. Разве не поэтому привела его? Мне нужен был кто-то или что-то, чтобы отгородиться от воспоминаний. Снотворное не справлялось. От выпивки становилось еще хуже. Вот я и пыталась скрыть свои переживания за улыбками. Это помогало убедить себя в том, что все замечательно. Что я – одна из тех беззаботных людей, которые плывут по жизни безо всяких преград.

– Подумал, не мог бы я помыть за тебя посуду?

Он действительно это хотел сказать? Или собирался предложить заняться сексом и струсил на половине пути?

– О! Нет, не волнуйся. – Я пожала плечами. – Попозже помою.

Том нахмурился:

– А ты знаешь, что если оставить еду на тарелках, то за двадцать минут количество бактерий удвоится?

– Шутишь?

– Нет. Это правда.

Этот человек походил на какую-то суетливую ходячую энциклопедию. Он уже начинал выносить мне мозг.

– Будь моим гостем.

– Я уже твой гость, – серьезно ответил он. – Скажи, где ты хранишь жидкость для мытья посуды.

– Вообще-то она закончилась.

Я не добавила, что обычно просто ополаскиваю тарелки и кружки под краном, даже если вода холодная из-за того, что нет денег для счетчика.

– Тогда схожу и куплю. Где ближайший магазин?

Вот и все.

Я подошла к нему, встала на цыпочки, чтобы обнять за шею, и осторожно притянула его лицо к себе.

– Поцелуй меня, – взмолилась я. – Пожалуйста.

Он выглядел так, как будто ему предложили жениться.

– Уверена? Мы ведь едва знаем друг друга.

Я хотела закричать: «В том-то и дело!» Мне нужно забыться, а не связывать себя обязательствами.

– Никогда не встречала людей, похожих на тебя, Том, – сказала я.

– Это потому, что…

Я взяла на себя инициативу и заглушила то, что должно было прозвучать дальше. Губы у него были теплыми. Я почти ждала, что он оттолкнет меня, но Том этого не сделал. Его язык оказался куда опытнее, чем я предполагала. Только один человек целовал меня так же. Долгими, глубокими поцелуями, которые проникали прямо внутрь и продолжались вечно. Он обхватил мою голову руками. Это заставляло почувствовать себя желанной.