Полосатые галактики

– Полный вперёд! – скомандовал Гэбриэл, и Зверь на радостях вломился в скоростной коридор.

Камилле начинало это нравиться. Они победили! Лео – молодец! И Гэбриэл уже не помышлял сбросить её на ближайшей планете.

Экран замигал, реагируя на сверхскорость, а внутри корабля время и пространство будто остановилось. Тут Гэбриэл опомнился.

– А куда мы летим?

– Согласно координатам, – ответил Зверь.

– А кто задавал координаты?

– Я.

В рубке вновь появился асаро. Гэбриэл смерил его взглядом.

Откуда этот тип взялся? И что ему нужно? Набрасывается на девушек, бьётся в припадке, теряет сознание, а потом крушит наёмников одной левой.

– Я должен закончить дело, – спокойно объяснил Лео-Дин. – Для этого мне нужен ваш корабль. На время.

Гэбриэл усмехнулся. Как правило, это он «заимствовал» звездолёты.

– Угнать не получится, и не надейся.

– Ты – капитан? – поинтересовался Лео.

– Вроде того, – ответил Гэбриэл.

– Э-э! – запротестовал Зверь.

– Исполняющий обязанности, – дипломатично уточнил разбойник.

– Значит, мы договоримся, – кивнул Лео.

– Смотря на сколько, – ухмыльнулся разбойник.

– Сочтёмся, – улыбнулся асаро.

Гэбриэл подумал, взвесил, и решил, что это даже неплохо. Из-за подонка Луиса он теперь на мели, и не помешает наполнить карманы… Едва он так рассудил, корабль замедлил ход и остановился.

– Мы на месте, – сообщил Зверь.

Они висели в глубоком космосе, напротив прогулочного звездолётика. Тот крутился на месте, отчаянно сигналя аварийными огнями.

– Я буду не я! – Гэбриэл присвистнул. – Если это не космо-яхта болвана управляющего!

– Кого? – не поняла Камилла.

– Луиса Лаца, брок его дери!

– Это и есть цель, – невозмутимо пояснил Лео, улавливая знакомый генокод в мешанине сигналов.

– На кой она тебе сдалась?

Лео не ответил. Он думал.

– Яхта терпит бедствие, – отметил Зверь.

– Ну ещё бы! – рассмеялся Гэбриэл. – Кто ж гоняет яхту в такую даль! Межпланетные перелёты – максимум. Наверное, просто кончилось топливо или возникла перегрузка.

Угонщик прикидывал, за сколько можно загнать эту посудину на галактической барахолке, сняв опознавательные знаки. Тысяч за двадцать, не больше…

«Что ж, Лац, не хотел ты по-хорошему…».

– Там люди бедствуют, – напомнила Камилла. – А вы здесь рассуждаете, о каких-то целях и перелётах.