Полосатые галактики

Это гипотетически. Всё равно электронные кандалы не позволили бы упасть. Судьи парили в воздухе на трибуне-шлюпке. Трус-адвокат с бегающими глазками, бесспорно запуганный оппонентами – чуть ниже, на такой же, только поменьше. Публичный обвинитель – на другой платформе за спиной Гэбриэла, повыше и за силовым полём.

«Вот Жлоб!»

Верхние ряды занимали почётные зрители. Нижние – все, кому не лень или те, кому повезло купить билеты. Суд любил устраивать шоу. Огромные экраны, встроенные в купол, транслировали процесс на всю галактику.

– Вам дали последнее слово. Не тратьте наше время, – сурово повторил верховный судья – квадратный мужик в парике и мантии.

«Что за маскарад? – думал Гэбриэл, разглядывая его.

Он поднялся, хотел гордо выпрямиться, но мешали кандалы. Хотя роста он был среднего – пришлось стоять на полусогнутых. Всё что удалось мужчине, это максимально задрать подбородок.

– Приговоренный, ваше последнее слово, – раздражённо повторил судья, явно торопясь на обед.

– Мошенники! – нагло заявил Гэбриэл на всю галактику.

Судьи опешили. Верхние ряды замерли в предвкушении, а нижние заорали и заулюлюкали. Высокочастотный гудок, режущий слух, заставил всех замолчать.

– Подсудимый! – заверещал судья.

Гэбриэл усмехнулся.

«Так, больше не приговорённый. Уже кое-что».

– Вы – обманщики, господин судья, если так понятнее, – с удовольствием повторил Гэбриэл, будто не замечая ошалелых глаз и мельтешащих лапок адвоката. Тот подсказывал, что надо быстрее раскаяться и публично извиниться.

– А Вы – главный жулик, господин судья! Второй приговор – профанация. В шахтах Кобта никто не выживает. Я и года там не протяну. Распылять будет нечего, а суд обогатится на ставках.

Зрители одобрительно зашумели. Шум нарастал. Пока гудок не заглушил крики и не заставил людей умолкнуть, зажав уши. Красный от злости судья ударил молотком по металлическому гонгу со звукоусилителем.

Гэбриэл знал, что за этим последует. Сел с чувством выполненного долга и кивнул.

– Продолжайте, судья.

По рядам пробежал взволнованный шёпот.

– Согласно закону пятью пять двадцать пять по статье шестьсот двадцать пять за нанесение умышленного оскорбления суду, судья имеет право изменить наказание. Предупреждаю, оно будет суровым.

– Не сомневаюсь, – усмехнулся Гэбриэл.

– Суд удаляется на совещание!

Трибуна облеклась силовым куполом.