Шкура белого бизона

Так я и сделал, не испытывая никаких чувств от такой чести.

Длинная процессия свернула в прерию. Мой дядя вышел вперед, приветствовал вождей и пригласил их в свой вигвам, чтобы поесть и выкурить трубку. Пока все это происходило, сотни вигвамов племени уже стояли в круг в нижней части участка, и тысячи лошадей были отпущены в долину пастись: они заполнили все ее склоны, оставив только немного места для наших рабочих лошадей.

Перед закатом мы с Апси сняли шкуру белого бизона с рамы, на которой она сушилась, и отнесли ее Бобрихе.

Шли дни, охотники бродили по долине, горам и ближним равнинам в поисках мяса для своих семей, и нам с Апси стало трудно без помощи обеспечивать наши многочисленные семейства. Мой дядя отрядил двух наших работников сопровождать нас на фургонах с упряжкой из четырех лошадей, чтобы привезти нашу добычу.

Я несколько раз пытался встретить Зарю на тропинке для водоносов и поговорить с ней, но она всегда была в компании. Вечером накануне охоты я снова спрятался в кустах можжевельника и стал ждать ее появления.

Ждать с большой надеждой на то, что она согласится выслушать мои мольбы; разве она не заинтересовалась мною, когда люди на тропе выкрикивали похвалы в мой адрес?

Вот! Она идет, мягко ступая, неся ведро и напевая веселую песенку. Но, когда я вскочил, она испуганно остановилась, повернулась и поспешила назад.

– Заря! Подожди! Я хочу поговорить с тобой! – кричал я, но она побежала еще быстрее.

Я побежал, чтобы догнать ее, схватить ее и заставить выслушать себя, но остановился, потому что навстречу шли женщины-кутенаи.

Я, очень расстроенный, вернулся в лагерь.

Мы вышли рано следующим утром, Апси и я на наших лучших охотничьих лошадях, наши работники на фургонах двигались за нами. Поднявшись на край долины, мы увидели тут и там несколько стад бизонов. Перед нами было несколько охотников – кутенаи и пикуни – некоторые из них преследовали небольшие стада бизонов, другие разделывали добычу.

Мы двинулись дальше, прошли мимо них и так, уже ближе к полудню, оказались у небольшого ручья, который назывался Вишневый ручей.

Стадо в несколько сотен бизонов пришло к ручью на водопой, толкаясь и плескаясь. Мы остановились на верху склона, пока стадо не напилось и не стало подниматься к другому краю долины. Мы с Апси спустились, пересекли ручей; наши работники не спеша последовали за нами и стали подниматься по другому склону.