Река Волков. Знамение

Старуха Орлиное Перо, как и все дети, выжидающе уставилась на Ветерок. Всем было интересно, каким будет следующий вопрос этой смышленой не по годам светловолосой девочки.

– Скажи, Праматерь, – наконец нарушила тишину девочка, – как именно родились люди здесь?

– Ты же и так знаешь, Ветерок, – улыбнулась старуха. – Небеса извергли свое семя на Землю, и та разродилась первыми людьми.

– Но здесь ли именно это произошло? Или люди так же пришли сюда, в Долину Начала, как теперь приходят в новые земли Главного Города?

– Нет, ниоткуда люди сюда не приходили.

Здесь был самый первый Город. Поэтому мы и называем так Реку Начала. В моем далеком детстве Старшие Матери рассказывали, что не так давно были времена, когда людей едва можно было пересчитать по пальцам нескольких рук. Совсем недавно людей еще было не так много даже здесь.

Старуха помолчала.

– Ты не согласна с этим, Ветерок?

– Не знаю, Праматерь. Но я вот думаю: если Главный Город переселяется сейчас отсюда в новые земли, много ли времени пройдет, прежде чем священные рода в Главном Городе будут убеждены, что люди всегда жили там и ниоткуда не приходили? Что если люди когда-то пришли и сюда, но просто потом забыли об этом?

Орлиное Перо не нашлась, что на это ответить.

Светловолосая девчонка начинала ее раздражать.

Но Ветерок была не единственной, кто решался задавать вопросы. Один из детей, мальчуган с пухлыми губами, робко спросил:

– Скажи, Праматерь, а правду рассказывают, что далеко-далеко на севере есть такие земли, где можно шагать по воде так же, как по суше?

– И да, и нет, – улыбнулась старуха.

 – По воде шагать там можно только зимой, когда Небеса перестают согревать землю лучами солнца. И тогда вода в реках превращается там в крепкий прозрачный камень. Скользкий и холодный.

– А как же дожди? – спросил пухлогубый мальчуган. – Они тоже превращаются в камень? И убивают всех вокруг?

– Дожди там превращаются в мелкую белую крупу, которая мягко ложится на землю. Когда крупы этой собирается много, то вся земля словно одевается в ослепительно-белые шкуры, так что глаза от взгляда на нее начинают слезиться.

– Белее, чем слоновая кость?

– Да, – улыбнулась старуха, – белее, чем слоновая кость.

Все дети сидели с завороженными лицами, пытаясь представить себе эту картину.

– Но ведь люди там еще не живут? – спросила Ветерок.

– Нет, не живут. И вряд ли когда-нибудь будут жить. Зимы там такие холодные, что спастись от холода просто невозможно.