Белый бобер

 – Где ты взял эту настоящую пищу? Кто из богов сказал тебе принести ее мне?

Я не получил ответа; даже когда я крикнул, обращаясь к нему, этот блестящий черный повернулся и полете туда, откуда прилетел, не посмотрев более на меня; все же я поклялся принести ему жертву. Я съел немного мяса и направился к дому с новыми силами. Каждый день я съедал небольшой кусок, я поддерживал свои силы и наконец добрался до своего вигвама. Друзья мои, я даю имя этому белому юноше, здесь, вместе с вами: теперь он Аксапасто!

Так получил я свое имя, Аксапасто (Щедрый Ворон).

Мой отец и Анри с Антуаном улыбнулись, услышав все это, а остальные гости крикнули хором:

– Щедрый Ворон, получивший имя из магического сна, живи до глубокой старости!

О, как же счастлив я был, получив это имя! И такое важное! Я уже представлял себя великим охотником и воином племени! Потом я узнал, что шаманы часто дают мальчикам имена по животным или происшествиям, которых они видели в своих снах. Девочек называют тем же образом, имена им дают женщины – родственницы или подруги их отца или матери.

Теперь Безумное Перо наполнил большую чашечку трубки из полированного черного камня приготовленной им смесью, уплотнил ее, присоединил к ней длинный чубук из тростника и передал готовую трубку мужчине, сидевшему слева от него, чтобы тот ее зажег. Пока он это делал, Анри привлек внимание моего отца и мое к тому, как он это делал – чубук он держал обеими руками, тыльной стороной кистей вверх. Только шаман, сказал он, передают и принимают трубку таким образом – имитируя манеру медведя, который держит предмет обеими лапами.

Те, кто шаманами не являются, берут и передают трубку одной рукой.

Гость зажег трубку и передал ее обратно Безумному Перу. Тот сделал длинную затяжку и, направив чубук на небо, выпустил дым в том же направлении, обратившись к Солнцу и всем остальным «Верхним людям» и прося их пожалеть нас. Затем он сделал еще одну затяжку и выпустил ее в сторону земли, направив туда же чубук, прося «Нашу мать» пожалеть нас.

Потом он указал чубуком в четыре стороны света – север, юг, восток и запад, и потом трубка пошла из рук в руки, пока не дошла до мужчины, сидевшего слева на самом краю дуги в три четверти круга, который произнес короткую молитву, прежде чем затянуться. От него она стала переходить от одного к другому к крайнему справа мужчине из числа гостей, каждый из которых, как прежде, делал затяжку, пока трубка не была выкурена.