Шестое вымирание

Повинуясь комку обжигающей злости в груди, Дженна выпустила длинную очередь, целясь в центр массы, и с удовлетворением проводила взглядом, как боевика буквально отшвырнуло назад. Остальные нападавшие снова открыли яростный ответный огонь. Казалось, тысяча цепных пил одновременно вгрызлась в твердую древесину. Дженну обсыпало дождем сухих щепок.

Она пригнулась ниже, продолжая держать винтовку на прилавке. Заметив какую-нибудь тень, стреляла. В какой-то момент женщина заплакала. Она поняла это только тогда, когда у нее перед глазами возникла мутная пелена и ей пришлось вытирать слезы.

Дженна опустилась на корточки, стараясь понять, чем вызваны ее слезы. Страхом, отчаянием, яростью, горем?

Скорее всего, сочетанием всего этого.

«Ты сделала все, что в твоих силах», – подумала Дженна, стараясь подбодрить себя, однако эта мысль не принесла ей утешения.

20 часов 52 минуты

Кендолл напряженно сидел в кресле, снова пристегнутый ремнем. Глядя на проплывающую внизу местность, он старался определить, куда его везут.

Наконец вертолет вырвался из облака нервно-паралитического газа, оставив горы позади. Теперь, похоже, он направлялся на восток, в пустыню Невада. Однако погруженная в темноту местность внизу оставалась безликой, лишенной каких-либо ориентиров.

Верзила, сидящий напротив ученого, в течение почти всего полета о чем-то недовольно спорил с летчиком. Изображая полное безразличие, Кендолл пытался подслушать, о чем они говорят, однако разговор по большей части велся на каком-то редком диалекте испанского языка.

Кендоллу удавалось разобрать лишь отдельные фразы, остальное звучало для него полной белибердой.

Если бы его попросили предположить, уроженцами каких мест являются похитившие его боевики, он поставил бы флажок где-нибудь в Южной Америке, в Колумбии или, быть может, в Парагвае. Вероятно, это заключение основывалось на их внешности. Несомненно, все они в прошлом служили в армии, все принадлежали к одной национальности. Все до одного были невысокого роста, со скругленными лицами и слегка раскосыми глазами, их рябые лица цвета кофе с молоком были усыпаны веснушками.

Из разговора предводителя с пилотом Кендолл выяснил, что одного из них зовут Матео, а другого – Хорхе.

Словно прочитав его мысли, верзила со шрамом обернулся к нему и помахал мачете. Кендолл отпрянул назад, испугавшись худшего, однако верзила лишь грубо схватил его за плечо и, развернув, перерезал пластиковые наручники, стягивающие запястья.