Последний оракул

ПОСТОРОННИМ ВХОД ВОСПРЕЩЕН».

Грей подергал ручку, но дверь не поддалась. Она была заперта на электронный замок, открыть который можно было только с помощью электронной карточки сотрудника музея. Грей нахмурился. Как же удалось пройти через нее Полку? Он прикоснулся к микрофону у горла и вызвал командный пункт. В тот же момент в наушнике послышался голос Пейнтера Кроу:

– Что, коммандер?

– Сэр, мне нужна помощь. – Он объяснил, куда привел их след, и добавил: – Я должен проникнуть внутрь.

– Подожди немного, Грей, сейчас я добавлю к кодам твоей идентификационной карточки код доступа в Смитсоновские музеи.

Воцарилась тишина. Грей представил себе, как в эту минуту директор печатает на клавиатуре своего компьютера. Рядом с ним Ковальски прислонился к стене и насвистывал сквозь зубы.

– Попробуй теперь, – наконец сказал Пейнтер.

Грей провел своей карточкой сквозь прорезь электронного устройства и услышал, как щелкнул механизм замка.

– Сработало, сэр. Я сообщу вам о том, что нам удастся найти.

Грей нырнул в открывшуюся дверь и оказался на запретной для посторонних территории музея. Здесь все было почти так же, как снаружи, разве что чуть более утилитарно: мраморные полы, за десятилетия отполированные до блеска сотнями шаркающих ног, тусклый свет флуоресцентных ламп и деревянные двери с окошками из матового стекла, на которых были протравлены слова: «Энтомология», «Зоология беспозвоночных», «Палеонтология», «Ботаника»…

След вел их по настоящему лабиринту, пока они не уткнулись в дверь без каких-либо обозначений.

Тут прибор отметил повышение уровня радиоактивности. Грей поднес «Гаммаскаут» к ручке двери, и показатели резко подпрыгнули. Отступив назад, коммандер заметил, что след уходит дальше по коридору, упиравшемуся в небольшой цементный пятачок, на дальней стене которого располагались пять металлических подъемных ворот. Погрузочная площадка музея. Грей смотрел то вправо, то влево, пытаясь представить себе, как действовал Полк. Профессор, должно быть, проник в музей через грузовые ворота, а вышел через главный вход.

Не пытался ли он отделаться от хвоста?

Ковальски подергал дверную ручку.

– Не заперто, – сообщил он и в доказательство этого распахнул дверь настежь.

Темнота, открывшаяся перед ними, пахла пылью, сухим сеном и немного – хвоей. Грей достал из кармана фонарик и включил его. Задняя часть колоссального пространства была заставлена стеллажами и полками.