Пирамида

Неожиданно ему больше всего захотелось поскорее закончить сделку, какой бы ни оказалась цена, покинуть прохладную комнату и очутиться в привычной духоте шумного городка. Не в силах даже встретиться с собеседником взглядом, Гил уставился в окно – на шпиль городской церкви, тонкий белый крест, четко вырисовывавшийся на фоне синего неба.

– Покажи мне находку, – сказал антиквар и осторожно покачал бокалом.

Лед зазвенел, привлекая внимание Гила.

– Да, конечно.

Он проглотил сухой комок в горле, извлек из-за пазухи зубчатую чашу и положил на стол.

На фоне золотой оправы ярко сверкнули изумруды и рубины. Глядя на драгоценного дракона, обвившегося вокруг чаши, Гил набрался смелости.

– И… и это еще не все, – добавил он. – С людьми и нужными инструментами к концу недели я мог бы достать в сто раз больше.

Не обращая внимания на его слова, «испанец» поставил бокал на стол, потянулся к кубку инков и принялся внимательно его разглядывать.

Гил стиснул руки от нетерпения. Пока антиквар изучал работу мастера, Гил не отрывал взгляда от вмятины на краю сосуда.

Он боялся, что из-за этого дефекта цена резко упадет. Этот человек требовал, чтобы артефакты доставлялись только в хорошем состоянии.

Когда антиквар наконец опустил чашу обратно на стол, Гил решился взглянуть ему в глаза, но увидел в них только злобу.

– Эта вмятина… она… она уже была там, – пролепетал Гил.

«Испанец» молча встал и подошел к небольшому бару за спиной Гила. Было слышно, как он добавляет в бокал еще льда.

Гил не смел обернуться.

Он пристально смотрел на свое сокровище.

– Если она вам не нужна, я… я не настаиваю.

Не оглядываясь, он догадался, что к нему наклонились. Волоски на его затылке зашевелились, тронутые инстинктом пещерных предков. Гил ощутил на своем ухе дыхание антиквара.

– Всего лишь обычное золото. Безделушка.

Слишком поздно почувствовав опасность, он потянулся к ножу на поясе. Но пальцы нащупали только пустые ножны. Прежде чем он успел что-либо сделать, его голову резко рванули назад за волосы.

Гил увидел в руке антиквара собственный нож и даже не успел удивиться, как это получилось. Одно движение – и кинжал распорол горло от уха до уха. Затем Гила отшвырнули вперед, и он упал на пол, заливая его кровью.

Перекатываясь на спину и захлебываясь собственной кровью, Гил увидел, что его убийца возвращается к бару за оставленным бокалом.

– П-прошу… – с бульканьем выдавил Гил, умоляюще поднимая руку, когда перед ним стал меркнуть свет.