Костяной лабиринт

Большой кусок похожего на канделябр сталактита, оторвавшись от свода, рухнул вниз и разбился вдребезги о камень, обсыпав ботинок священника белой пылью.

Лена схватила его за плечо, словно пытаясь помешать земле трястись.

Новак вспомнил, что землетрясение силой 5,2 балла оторвало плечо от каменного великана, бывшего горой Клек, и открыло прятавшуюся в его сердце систему пещер. Судя по всему, разыгравшаяся гроза и вес обрушившейся с неба воды явились дополнительной нагрузкой на линию сброса породы, проходящую под горами, вызвав сдвиг, – а может быть, недавние взрывы спровоцировали новое землетрясение.

Так или иначе, это означало большие неприятности.

Затаив дыхание, Роланд дождался, когда земля наконец перестанет дрожать.

– Все в порядке, – прошептал он, стремясь успокоить не только свою спутницу, но и себя самого.

– Смотрите! – воскликнула Лена, указывая на расселину, где они еще совсем недавно прятались.

Из трещины в скале теперь вырывался поток воды.

Похоже, взрыв изменил гидрологию горы, перепутал вены и артерии великана Клека, направив этот ливневый поток в новое русло.

Ошеломленная исследовательница смотрела на Роланда, ожидая от него какого-нибудь плана, какой-нибудь надежды.

Но он ничего не мог ей предложить.

Глава 4

29 апреля, 13 часов 38 минут по Центральноевропейскому времени

Париж, Франция

Телефон зазвонил в самый неподходящий момент.

Коммандер Грейсон Пирс стоял в ванной в гостинице совершенно голый.

Из облака пара, нависшего над горячей водой, приправленной ароматом лаванды, высовывалась стройная нога, свешивающаяся через край ванны. Бурлящие пузыри не могли скрыть нежащуюся в воде фигуру. Молодая женщина состояла сплошь из длинных конечностей и плавных изгибов. Она повернулась, и прядь ее влажных, черных, как смоль, волос упала в сторону, открывая изумрудно-зеленые глаза, горящие недовольством из-за неожиданного вторжения.

– Можешь не отвечать, – сказала женщина, распрямляя ногу и медленно погружая ее в пену, отняв у Грея возможность любоваться этим восхитительным зрелищем.

Ему очень хотелось последовать ее совету, однако это звонил его спутниковый телефон, лежащий на ночном столике. Уникальный сигнал вызова позволял определить звонящего: это был начальник Пирса, директор «Сигмы» Пейнтер Кроу.