Пожар Сиболы

Затем мелкие растения – вернее, аналоги – за ее домиком на плато сворачивали фотосинтетические плоскости в тугие пучки вроде маленьких зеленых устьиц со вкусом лимона, а еще через двадцать минут поселок, руины и небо скрывались под волной сухого песка.

Элви сидела за столом, Фелисия – в ногах кровати, а Фаиз стоял, прислонившись к спинке в изголовье.

Фелисия стала захаживать в гости регулярно, но разговаривала чаще не с Элви и не с Фаизом, а с Садьям. Элви нравилось, что девочка рядом. От ее присутствия раскол между поселковыми и работниками корпорации казался… не то чтобы не существующим, но не таким ужасным и непреодолимым.

Однако сегодня было по-другому. Фелисия дергалась сильнее обычного. Может, из-за приближения корабля с посредником. А может, из-за погоды.

– Итак, в нашей Солнечной системе только одно древо жизни, – говорила Элви, поясняя лекцию движениями рук. – Жизнь возникла однажды, и все известные нам виды имеют общего предка. Почему это так, мы не знаем.

– Почему общего? – спросила Фелисия.

– Почему однажды? – поправила Элви. – Только один тип кристалла Шредингера[10 - Имеется в виду взгляд Шредингера на хромосому как на гигантский «апериодический кристалл».]. Один генетический код. Почему?

Если присутствовали все материалы для построения аминокислот, если они могли свободно формироваться, соединяться, взаимодействовать, почему не получилось так, что в одной заводи сложилась одна схема, в другой иная, и еще, и еще?

Почему жизнь возникла всего один раз?

– И как это объяснить? – спросила Фелисия.

Элви дала рукам отдых. Особенно сильный порыв ветра швырнул горсть крупного песка в стену домика.

– Что объяснить?

– Почему это произошло только однажды?

– А-а… Не знаю. Тайна.

– По той же причине, почему остался только один вид применяющих орудия гоминид, – вмешался Фаиз. – Остальные, сколько бы их ни было, не выдержали конкуренции.

– Это предположение, – уточнила Элви. – Палеонтологические данные не дают оснований полагать, что на Земле существовало более одного истока жизни.

– Элви в тайнах – как рыба в воде, – подмигнул Фелисии Фаиз. – Потому-то ей так трудно с нами, не желающими смириться со своим невежеством.

– Ну, всего знать невозможно, – отозвалась Элви, скрывая неловкость за шуткой.

– Видит бог, невозможно, особенно на этой планете, – согласился Фаиз. – Геологам здесь нечего делать.