Гнев Тиамат

Один «глазной зуб» у него был желтоватый – Алекс только сейчас заметил.

– Скучаешь по старым временам, дедушка?

Алекс ответил вопросительным взглядом.

Каспар скроил мрачную мину и завел с растяжкой:

– Когда я был твоих лет, мы каждое утро выжимали себе воду из камня, а по долине Маринер бродили динозавры.

Алекс подавил укол обиды и рассмеялся.

– Какое-никакое, а разнообразие было. – Он кивнул на льющийся из настольного монитора поток новостей. – А это все как будто отцензурировано одним бюрократом где-нибудь на Луне.

Все поют с одного голоса.

– Вполне вероятно.

– Да, – решил Алекс закрыть тему, – вполне.

Каспар по-кошачьи потянулся, постучал пальцем по монитору. Новости сменились интерфейсом ресторана.

– Поделим счет, – предложил Алекс.

– В другой раз ты меня угостишь, – отказался Каспар. – Да и то. Были бы настоящие деньги…

Всю команду на Каллисто снабдили фальшивыми удостоверениями личности и ввели их в систему. Подполье позаботилось даже о биометрии и банковских счетах.

От сознания, как все это хрупко, жить было немножко неуютно. Лаконская система, попади в нее документы Алекса, выбросила бы сигнал тревоги. Проще простого угодить за решетку и провести там остаток жизни. Все в любой момент могло рухнуть.

Как всегда, если быть честным. Просто сейчас об этом труднее забыть.

– У меня встреча с техниками на третьем уровне. Там в баре показывают комедию со свободным микрофоном для зрителей и виски подают за полцены.

И караоке, чтобы красавчик вроде меня успел определиться, с кем уйти домой.

– Выпей там за меня и не делай ошибок, о которых нельзя будет пожалеть наутро, – сказал, поднимаясь с подушки, Алекс. – Я тоже найду, чем заняться.

– И то верно, – согласился Каспар. – Ладно, увидимся.

В коридоре они расстались. Каспар направился по проходу, уводящему в глубину спутника, Алекс же свернул налево к докам и спальным гробикам, предоставлявшимся для ночлега отпущенным на берег морякам.

Вроде него.

Он шел, засунув руки глубоко в карманы и глядя в землю перед собой. Избегая встречаться глазами с другими прохожими. На разветвлении коридоров стояла скульптура, как видно, еще не решившая, изображать человека или транспортный челнок. Над ней висел список кораблей и причалов. Всех, кроме его корабля.

Алекс с мальчишеских лет помнил двоюродного дедушку Нарендру, который жил у них, пока ремонтировали его групповой дом в Иннис-Шеллоус.