Тайпан

 – Чем, видимо, и объясняется его природная жестокость, подумал про себя Струан. – Она была графиней. Его отец служил дипломатом при испанском дворе. Это один из тех браков, которые называют породистыми. Его семья связана по какой-то линии с графами Тот.

Если ты не родился аристократом, с горечью подумал Кулум, как бы умен ты ни был, у тебя нет ни одного шанса пробиться наверх. Ни одного. Пока не произойдет революция.

– Дела в Англии очень плохи, – сказал он отцу.

– Как так, дружок?

– Богатые слишком богаты, а бедные слишком бедны.

– Вот и хорошо. Этих смутьянов вообще следовало бы повесить или хотя бы выслать из страны.

– Ты не одобряешь Хартии, отец? – Кулум сразу насторожился.

Народная хартия была написана более трех лет назад и с тех пор являлась символом свободы, объединяющим всех недовольных британцев. Хартия требовала права голоса для каждого совершеннолетнего мужчины, отмены имущественного ценза для членов парламента и выплаты им жалованья, уравнения избирательных округов, тайного голосования и ежегодного проведения сессий.

– Я одобряю ее как документ, содержащий справедливые требования. Но не одобряю самих чартистов и их лидеров. Я считаю, что в Хартии много в основе своей правильных идей, но попали они в плохие руки.

– А что плохого в том, чтобы агитировать за реформу? Парламент должен решиться на все эти изменения.

– Агитировать – да. Говорить, спорить, писать петиции. Но не подстрекать к насилию и не устраивать революций. Правительство поступило совершенно правильно, когда покончило с беспорядками в Уэльсе и Мидлендсе. Клянусь Господом, неповиновение – это не выход! Ходят слухи, что чартисты так и не усвоили преподанного им урока, что они скупают оружие и собираются на тайные сходки. Клянусь Богом, их следует растоптать раз и навсегда!

– Хартию растоптать не удастся.

– Что ж, тогда смертей будет очень и очень много, мой мальчик. Чартисты должны запастись терпением.

– Ты просто не представляешь, отец, во что теперь превратилась жизнь на Британских островах. Ты так долго пробыл здесь. Терпение нелегко дается тем, у кого живот свело от голода.

– Здесь, в Китае, то же самое. Везде в мире ты увидишь одно и то же. Но бунт, неповиновение – это не британский путь.