Мечи Ямато

Она принесла с собой бива – своего рода японскую гитару, больше, правда, похожую не на гитару, а на дутар. Но вот музыки Артему сейчас совершенно не желалось, как-нибудь потом.

– Как тебя зовут? – спросил гимнаст, показывая ей, чтобы присаживалась рядом с ним на тюфяк.

– Кэйко. – Она села рядом.

– А меня – Ямамото.

Надо сказать, Артем впервые в жизни имел дело с платной женщиной, сиречь представительницей древнейшей профессии, жрицей платной любви, женщиной легкого поведения – в общем, как хочешь, так и называй, а названий этих хватает.

Артем не знал, о чем говорить, но не молчать же? И не набрасываться же сразу так прямо!

– Ты откуда родом? – спросил гимнаст.

– Я родом из Касивадзаки. – Говоря, она смотрела по здешнему женскому обыкновению не на мужчину, а в пол.

– Откуда?! – невольно вырвалось у Артема.

– Из Касивадзаки, – повторила девушка по имени Кэйко, похоже немало заинтригованная такой странной реакцией на свои слова.

Но ничего странного на самом деле не было. Просто Артем вспомнил переданные ему настоятелем монастыря слова чиновника Кумазава Хидейоши: «В селении Касивадзаки ты можешь обратиться к мастеру Мацудайра и к моей сестре, что живет в доме Мацудайра, и они тебе помогут».

– Это селение, известное тем, что там живет мастер Мацудайра? – спросил Артем.

– Да, – кивнула она. И добавила с гордостью: – Мастера Мацудайра знают по всей стране Ямато.

– Ты сама давно оттуда?

Она задумчиво принялась загибать пальцы. Загнула четыре.

– Четыре дня.

– И как здоровье мастера?

– Он здоров. Будь он нездоров, все в Касивадзаки знали бы об этом.

– А селение Касивадзаки далеко отсюда?

Вопрос не должен был ее удивить. Наверняка она уже знает, что перед ней паломник, если что-то и знавший раньше, за долгие годы окончательно оторвавшийся от мирской жизни.

– В пяти ри отсюда.

«Почти в двадцати километрах, в общем-то недалеко, четыре часа бодрого ходу, – подумал Артем. – Уж не есть ли такая близость – знак судьбы, а? Ее, так сказать, указующий перст». Полученные сведения требовалось немедленно всполоснуть. Да и в горле уже, между прочим, пересохло.

– Хочешь? – Артем протянул Кэйко бутылочку сакэ.

Акробат почему-то полагал, что девушка откажется.