Тот, кто следит за тобой

Трехэтажный кирпичный коттедж из итальянского желтого кирпича увидела Лина, когда вышла из машины.

Оглядевшись вокруг, она заметила, что двор, забор и все, что окружало этот большой дом, имело ухоженный вид, вплоть до забора. Было видно, что здесь немало потрудилась рука ландшафтного дизайнера.

Люди, которые привезли их сюда, и которые, как отметила Лина, всю дорогу, не проронили ни слова, препроводили их в дом.

В фойе, Лина заметила, как с высоких потолков на неё смотрят расписные картины в стиле работ Микеланджело, это даже показалось ей странным…

По крайней мере, она еще таких работ не встречала в домах обычных людей.

К тому же, к искусству она относилась с особым чувством, хотя, надо отметить, что выполнены работы, были талантливо, так, что Лина даже засмотрелась на необычные потолки.

Очнувшись, Лина огляделась по сторонам. Она заметила, что осталась совсем одна. Рядом с ней не было никого. Ни Алана, она даже не заметила как он странным образом, растворился, хотя казалось, вот только что шел рядом.

Но что еще более странным показалось Лине, так это то, что даже, этих двух подозрительных охранников, тоже, след простыл.

Лина не знала, что делать и как вести себя в незнакомом ей доме…

Глава 8

Девушка вздрогнула, когда незнакомый мужской голос, окликнул её.

–Добрый вечер, юная особа! Лина обернулась и увидела, как по центральной лестнице спускается мужчина.

Оказавшись рядом с ней, он, как показалось Лине, нарочито наклонился и с каким-то пафосом и игриво поцеловал ей руку.

Лина в этот момент, почувствовала себя неловко. Но, услышав снова чьи-то шаги, она бросила быстрый взгляд на ту же, самую лестницу и увидела, как по ней спускается Алан.

Хозяин же дома, человек, который сейчас стоял рядом с ней попытался настойчиво завладеть вниманием Лины.

–Ну, что же, что же, давно в этом доме не было столь юных особ. Не считая нас с женой. Вот только с юностью у нас уже давно разошлись дороги. Дочек нам Бог не дал…разве, что сына.…На этих словах мужчина вдруг замолк, а глаза его вмиг поблекли, затаившись, как показалось Лине, тоской.

Только теперь, Лина смогла отчетливо разглядеть хозяина дома.

Это был не высокий, худощавый человек лет пятидесяти пяти-шестидесяти, с маленькими въедливыми, словно изучающими все вокруг, черными глазками. В этих

глазах таилось что-то странное. Была в них какая-то недосказанность, скрытность, но при этом, в них одновременно жила надменность и даже затаившаяся – жестокость.