Собачьи истории

Ужас исчез из ее глаз, и она засмеялась с обычным мужеством.

– Извините, что я не удержалась. Больше я вам этим докучать не буду. Но пока вы еще здесь, скажите, только честно… Мне не надо утешений, я хочу знать правду. Вы еще очень молоды, но можно вас спросить, как верите вы сами? Будут ли мои собаки и кошки со мной?

Она посмотрела мне прямо в глаза. Я передвинул стул и сглотнул.

– Мисс Стабс, боюсь, я не слишком разбираюсь во всем этом. Но в одном я уверен абсолютно. Где будете вы, там будут и они.

Она не отвела взгляда, но он стал совсем спокойным.

– Спасибо, мистер Хэрриот, я знаю, вы говорите со мной честно. Вы в это правда верите?

– Да, верю, – ответил я. – Всем сердцем верю.

Примерно месяц спустя я совершенно случайно узнал, что это был мой последний разговор с мисс Стабс. Когда умирает одинокая бедная старуха, люди не бросаются к вам на улице сообщить эту новость. Фермер, к которому я приехал по вызову, случайно упомянул, что большой дом возле деревни Корби назначен на продажу.

– Но как же мисс Стабс? – спросил я.

– Скончалась скоропостижно недели три назад. Дом, говорят, совсем обветшал. Столько лет его и не красили даже.

– Значит, миссис Бродуит там не останется?

– Да нет. Я вроде слышал, она переселилась в деревню.

– А с собаками и кошками как же? Вы не знаете?

– С какими собаками и кошками?

Я заторопился. Но поехал не домой, хотя время близилось к обеду, а погнал мой злосчастный кряхтящий автомобильчик в Корби, выжимая из него все.

– Входите, входите, мистер Хэрриот. Вот спасибо, что заехали.

Я вошел, и мы сели, глядя друг на друга над добела оттертой крышкой стола.

– Отмучилась она, а все равно грустно, – сказала миссис Бродуит.

– Да. Я только сегодня узнал.

– Правда, упокоилась она тихо.

– Это хорошо.

Миссис Бродуит обвела взглядом комнату:

– С домом этим мне, можно сказать, повезло. Я всегда хотела такой.

У меня не хватило сил сдержаться.

– А что с собаками и кошками? – выпалил я.

– Так они в саду, – ответила она невозмутимо. – Позади дома. Там места много.

Она встала, открыла дверь, и я с невыразимым облегчением увидел, как в нее входят все мои старые друзья.