Вечное чудо жизни

Я просто не могу поверить, чтобы дипломированный специалист был способен на подобное – злоупотребить своим положением, предать оказанное вам доверие! Ну а о вашей немыслимой черствости к страданиям моей собачки просто мучительно вспоминать!»

Однако ничего подобного я не услышал. Подойдя ко мне, миссис Федерстон ласково положила ладонь мне на руку.

– Мистер Хэрриот, вы вчера оказали мне большую услугу.

– А?

– Да. Вы были так милы и тактичны. Теперь я поняла, насколько глупы были мои тревоги из-за Ролло.

– Да нет же, нет…

– Вы очень добры, но я знаю, что вела себя неразумно, беспокоила вас по пустякам в неурочное время. И вот явилась вечером в субботу…

– Уверяю вас…

– Но вместо того, чтобы рассердиться, вы только посмеялись, и просто удивительно, как вы открыли мне глаза на смешную сторону моих глупостей. Мне очень-очень стыдно, что прежде я отказывалась вас выслушать, когда вы так правильно и терпеливо пытались объяснить, что я волнуюсь совершенно напрасно, и надеюсь, вы меня простите.

Я поглядел на песика, купаясь в волнах облегчения. Ролло, ясноглазый, с веселой мордочкой, подпрыгнул почти до лица своей хозяйки, едва она произнесла его имя.

– Ну, я не так уж в этом уверен. По-моему, он что-то куксится.

– Ну вот, вы снова хотите меня рассмешить! – И она прижала ладонь ко рту так хорошо запомнившимся жестом, а потом бросила на меня лукавый взгляд.

Вот уже тридцать лет, как у меня не бывает веселых приступов. Они мало-помалу бесследно прекратились. Но стоит мне вспомнить этот субботний вечер с миссис Федерстон, и меня снова бьет озноб.

«Молодой человек»

Даже не верилось, что с моей легкой руки этот мальчик самостоятельно отправится в джунгли ветеринарной практики. Юный Джон Крукс, ставший таким своим в течение нескольких месяцев, пока наблюдал за нашей работой, набирался практических сведений и теоретических знаний, а иной раз и сам лечил, но под нашим наблюдением, теперь стоял перед моим столом, как всегда веселый и улыбающийся, и такой юный! На вид ему можно было дать лет семнадцать, не больше.

Однако, вне всяких сомнений, передо мной стоял Дж. Л.