Я сам похороню своих мертвецов

Я обнаружила корреспонденцию, датированную тридцать первым июля, но после этого дня – ничего.

– Чем же он в таком случае занимался последние девять месяцев?

Лоис покачала головой:

– Контора с тем же успехом могла просто закрыться. Никаких входящих, никаких исходящих. По крайней мере, в папках копий писем нет.

Инглиш в задумчивости потер щеку.

– А что с его расследованиями? Он вел записи дел?

– Он провел восемнадцать расследований начиная с апреля и заканчивая концом июля. Двенадцать из них дела о разводах, три случая пропажи людей, а оставшиеся три – слежка мужа за женой и наоборот.

– Что у него с бухгалтерией?

– В сейфе нашлись книги. Я сняла копию приходов и расходов с марта по июль. Подумала, полиции не понравится, если я заберу книги с собой. Копии у меня, на случай если захотите посмотреть лично.

– И какой у него был средний доход?

– Около семидесяти пяти долларов в неделю.

Инглиш скорчил гримасу:

– Это ничто.

Лоис покачала головой.

– Тогда как, черт побери, он умудрялся содержать агентство на семьдесят пять долларов в неделю? – с недоумением проговорил Инглиш. – Ты хочешь сказать, что начиная с августа его бизнес не приносил ни цента?

– Возможно, он вел двойную бухгалтерию, мистер Инглиш, но согласно тем книгам, которые я нашла, с августа не поступало никаких доходов.

Инглиш пожал плечами:

– Ну ладно, пусть. Что еще ты разузнала?

– В одном из ящиков стола я нашла картотеку.

Инглиш внимательно посмотрел на нее, в его глазах отразился интерес.

– Почему ты так решила?

– Судя по виду ящика с карточками. Там на дне слой пыли, и по следам в пыли ясно видно, что в ящике было гораздо больше карточек. Это всего лишь мое предположение, но мне показалось, что стопку карточек оттуда недавно вынули.

– Может, картотека принадлежала предыдущему владельцу агентства?

– Ящик показался мне новым, мистер Инглиш.

Инглиш отодвинул стул и встал из-за стола. Он принялся расхаживать по кабинету, сурово нахмурив брови.

– Это же чертовски странно, а? – произнес он после долгого молчания. – Значит, никаких расследований агентство не вело с августа прошлого года и до сегодняшнего дня. Верно я понял?

– Да, если только копии писем и досье за этот период не были изъяты.