Вопрос времени

Сколько вам лет, позвольте спросить?

– Тридцать два.

– Вы не будете возражать, если я скажу ей, что вам тридцать восемь? – Он улыбнулся. – Такие мелочи иногда имеют решающее значение. Тем более что со зрением у нее не очень.

– Я не возражаю.

Ему хотелось бы увидеть ее улыбку. Но Шейла оставалась серьезной.

– Вот что я сделаю. Сегодня мне все равно нужно к ней поехать. Я расскажу, кто вы и откуда. Если она заинтересуется, мы договоримся, что завтра вы заглянете к ней. Что вы на это скажете?

Крохотная искорка сверкнула в голубых глазах, и губы Шейлы чуть изогнулись, как решил Паттерсон, в подобии улыбки.

– Благодарю вас, мистер Паттерсон.

Она встала.

Он посмотрел на ее высокую ладную фигуру, и его вновь охватило как огнем.

– Надеюсь, мне удастся это устроить. Во всяком случае, я попробую. – Он тоже поднялся. – Вы не спросили о жалованье.

Шейла уже направилась к двери.

– Я уверена, что оно будет приличным. И не хочу знать точную цифру, пока не буду уверена, что работа – моя.

Паттерсон обошел стол и двинулся к ней.

– Я незамедлительно сообщу вам о решении миссис Морели-Джонсон. Вы будете в отеле, скажем, часиков в семь?

– Да, наверно.

– Я проезжаю мимо вашего отеля по дороге домой… Если я загляну к вам?

– Я не хотела бы видеть вас без хороших новостей.

– Я заеду… с любыми новостями. Надеюсь, с добрыми.

Шейла ответила долгим взглядом, кивнула, повернулась, открыла дверь и вышла из кабинета.

Паттерсон закрыл дверь. Постоял, глядя на зеленую ковровую дорожку, прижав указательный палец к ямочке на подбородке, затем вернулся к столу, сел и пододвинул к себе бумаги Берни Коэна.

Он смотрел на длинный перечень акций различных компаний и их сегодняшних котировок, а видел голубые, с поволокой глаза и красивые губы миссис Олдхилл. Посидел полчаса, ничего не делая, думая только о ней, потом заметил, сколько уже времени, убрал лист с перечнем акций в ящик стола, встал и покинул банк.

Начало Приморского бульвара поражало роскошью, но чем дальше, тем дома становились меньше, беднее, пока не превращались в лачуги. Вдоль берега бульвар протянулся на две мили. Открывал его отель «Плаза-Бич», с собственным пляжем, серебристый песок которого расцвечивали яркие зонты, баром, рестораном, антикварными и ювелирными магазинчиками.