Колумбийская балалайка

Пассажиры на заднем сиденье заворочались, выбираясь из кучи-малы. Борисыч опустил автомат между ног и с силой потер ладонью лоб.

– Неужели ушли? – неизвестно у кого поинтересовался Алексей, обернувшись назад.

Вова с вытаращенными глазами на зеленом лице перегнулся через борт и издал характерный звук. Но опорожнить желудок не получилось, потому как было нечем.

– Щас тебе – “ушли”, – прохрипел Михаил, снова водрузил кепку на голову и зло отхаркнул за борт джипа. – Вот же хрень какая! Что у них, одна-единственная тачка в гараже, что ли?

– Там самолет был, самолет, вы видели? – подала голос Люба.

Голос у нее был тихим и бесцветным.

– Верно, жужжало что-то такое в небе, – согласился Алексей. Никого за кормой не углядел и снова повернулся вперед.

Вова попытался вторично, едва не выворачиваясь наизнанку, но опять безрезультатно. Тогда он измученно откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза.

– Растрясло, болезного, – вздохнул Борисыч. Непонятно было, серьезно он говорит или издевается.

– Да, пожрать бы не мешало, – согласился Алексей, подобрал с пола магазин, вставил в автомат.

Передернул затвор. – Ну, партизаны, ваши предложения? – Клацанье затвора получилось неприятно громким. – Все живы? Никого не зацепило? Тань, ты чего там? Вылезай. Кино закончилось.

Из-под сиденья выбралась Татьяна, сердито ткнула в бок Вовика, сгоняя с места, обалдело фыркнула и огляделась.

– До сих пор перед глазами все прыгает… – Глупо хихикнула: – Ниче денек выдался, а?..

Вовик нехотя подвинулся, не поднимая век, вжался в угол.

И вдруг оглушительно икнул. Прижал ладонь ко рту.

– Неплохо водишь, – похвалил водителя Борисыч. – В “Формуле один” участвовал?

– Участвовал, – криво усмехнулся Михаил. – Лет десять назад. Под Зеленогорском. С кавказцами в догонялки играли. Я на “чероки”, а они на двух “лэндроверах”, с “калашами” и “мухами”. Беспредел, в общем, полный… – Он перегнулся через спинку и требовательно протянул к Вове руку: – Эй, ботаник, как там тебя… Вован, курево давай сюда.

 – Черти в его глазах выстроились боевым порядком.

– Чего давай? – Вова с трудом разлепил глаза. И еще раз икнул.

– Сигареты гони, чего-чего! – повысил голос Михаил и нетерпеливо пошевелил толстыми пальцами.

Володя безропотно протянул мятую пачку “Кэмела” и зажигалку. Михаил нехорошо посмотрел в глаза Вове (Вова отвел взгляд), буркнул: “Вояка, твою маму…”, прикурил, нервно выпустил длинную струю дыма, запрокинув голову к небу, перекинул сигарету в уголок рта.